Книга Опрокинутый в жизнь, страница 100 – Алексей Небоходов

Рука спутника скользнула по щеке Светы, стирая кровь от царапины. Он поднёс палец к губам и медленно слизнул красную каплю. Движение было настолько нечеловеческим, что Света вскрикнула и рванулась с удвоенной силой.

— Пожалуйста… — слова срывались на хрип. — Люди будут искать меня. Коля ждёт. Он знает, где я.

— Коля, — имя прозвучало брезгливо, лицо мужчины дёрнулось. — Коля не заслуживает тебя. Никогда не заслуживал. Он слишком слабый для тебя, Светик. А мне ты всегда нравилась сильной.

Света рванулась снова, но парень только крепче прижал её к земле. Теперь она чувствовала под спиной каждый камень, каждую шишку — они впивались в кожу, оставляя синяки, которые ей уже не суждено было увидеть. Влажный мох под затылком пах землёй и прелью.

Он отпустил одно запястье, но лишь затем, чтобы взять её за горло — не сжимая пока, просто давая понять: кислород можно перекрыть в любую секунду. Света ударила свободной рукой его по лицу — отчаянно, из последних сил. Ногти прошлись по щеке, но на коже не осталось ни следа.

Спутник не вскрикнул — рассмеялся. Тихо, почти восхищённо.

— Вот так! — прошептал, и глаза лихорадочно заблестели. — Борись. Мне нравится, когда они борются. Маша тоже боролась. А вот Ольга — нет. Не верила до последнего.

Света закричала — из самой глубины лёгких. Крик ушёл в сосны и растворился в кронах. Где-то продолжала петь какая-то птица, ручей журчал, ветер перебирал хвою — и от этого спокойствия вокруг становилось только страшнее.

Мужчина рванул на ней блузку — ткань затрещала, обнажая бледную кожу. Пуговицы разлетелись по лесной подстилке. Света почувствовала прохладу лесного воздуха на груди, а затем его взгляд — жадный, ощупывающий, такой, от которого хочется прикрыться руками, потому что он раздевал вернее, чем пальцы.

— Ты знаешь, сколько раз я представлял это? — голос стал более низким и хриплым. — Каждый раз, когда ты проходила мимо. Когда улыбалась. Когда наклонялась к ручью набрать воды для своих дурацких фотографий.

Его рука скользнула под юбку, и Света закричала — уже зная, что никто не услышит, что между ней и ближайшим живым человеком километры леса и тишины. Она ударила свободной рукой, целясь в глаза, в горло, куда попадёт, но насильник перехватил запястье и с силой ударил её головой о землю. Перед глазами всё поплыло, к горлу подступила тошнота.

Он воспользовался её замешательством, чтобы задрать юбку до талии, потянул за резинку трусиков — не снимая, а разрывая тонкую ткань одним движением. Света услышала треск и ощутила, как клочки белья повисли на лодыжках.

— Нет!.. — единственное слово, которое она смогла выдавить, но и оно прозвучало скорее всхлипом, чем протестом.

— Ты всегда говорила «нет», — ответил мужчина, прижимая её руки коленями и расстёгивая ремень.

Металлический звон пряжки, шуршание одежды. Её руки были прижаты к земле с такой силой, что пальцы немели. Света попыталась брыкаться, но спутник навалился, прижимая её бёдра всем весом.

— Не надо, пожалуйста! — она всё ещё пыталась достучаться до той части его личности, которую знала раньше, до того, как чудовище взяло верх. — Это не ты! Я знаю, это не ты. Ты никогда бы так не поступил.

Парень замер, глядя ей в глаза, и Свете показалось, что что-то человеческое мелькнуло в его взгляде. Но это оказалась только тень, иллюзия. Улыбка, которая последовала, была хуже любой гримасы ненависти.