Книга Кормилица-попаданка. Наследник королевского дракона, страница 23 – Диана Фурсова

— Кто?

Мальчик молчал.

Тивира ответила вместо него:

— Ваше Величество, доступ наследника к большому очагу ограничен до подтверждения знака. Это древняя предосторожность. Ребёнок с неустойчивым огнём может испугаться силы рода.

Яссена заметила, как Мивель посмотрел на собственную ладонь. Не с гордостью. С виной.

И снова не выдержала.

— Простите, Ваше Величество, но если ребёнку постоянно говорить, что его собственное тепло опасно, он и у тёплой чашки начнёт просить разрешения не обжечь дворец.

Тивира резко повернулась к ней.

— Вы не знаете наших древних предосторожностей.

— Не знаю, — согласилась Яссена. — Но уже знаю, что две из них оказались чужими предметами у окна и двери.

Рейвард ничего не сказал.

Но пошёл дальше медленнее.

Теперь он иногда оглядывался на сына. Неловко, как человек, который не привык смотреть назад и внезапно понял, что всё важное давно идёт не впереди, а позади.

Совет собирался в зале, который называли Круглым гнездом.

Яссена узнала это не из памяти прежней Яссены, а из шёпота двух стражей у высоких дверей. Двери были двустворчатые, тёмно-красные, обитые бронзовыми пластинами. На каждой пластине был выбит дракон, свернувшийся вокруг яйца. Слишком торжественно для ребёнка. Слишком много символов, перед которыми маленькому человеку легко почувствовать себя неправильным.

Перед дверями Рейвард поднял руку.

Все остановились.

— Наследник войдёт через пять минут, — сказал он стражам. — Совет ожидает молча.

Один из стражей поклонился и исчез за створкой.

Каорель чуть повернул голову.

— Ваше Величество, ещё пять минут?

— Да.

— Совет может решить, что вы сомневаетесь в готовности наследника.

— Совет решит то, что ему будет позволено решить.

Регент улыбнулся. На этот раз без мягкости.

— Разумеется.

Рейвард указал на боковую дверь.

— Госпожа Лиргард, со мной.

Яссена не сразу поняла, что приказ обращён к ней.

Мивель понял раньше и крепче вцепился в её пальцы.

— Она пойдёт?

— Пойдёт, — сказал Рейвард. — Через пять минут. Сейчас мне нужно с ней поговорить.

— Я тоже.

— Ты останешься с Эммой у открытой двери.

Мивель побледнел.

Яссена присела перед ним.

— Смотри на дверь. Она будет открыта. Я буду там, где ты сможешь меня увидеть.

— А если закроют?

— Тогда ты скажешь: “Откройте”. Не попросишь. Скажешь.

Он посмотрел на неё с сомнением.

— Я могу?

Она перевела взгляд на Рейварда.

Король ответил не ей, а сыну:

— Можешь.

Мивель недоверчиво моргнул.

— Даже если госпожа Тивира скажет нельзя?

— Даже тогда.

Тивира застыла.

Яссена поднялась, не глядя на неё. Иногда лучше не видеть лицо человека в момент, когда у него отнимают привычный ключ.

Боковая комната оказалась небольшой, почти пустой. Узкий стол, два кресла, высокий шкаф для церемониальных свитков, на подоконнике — тяжёлая чаша с погасшими углями. Не детская, не жилая, не тёплая. Комната для ожидания и решений, которые не хотят произносить при лишних ушах.

Рейвард вошёл первым. Яссена за ним. Дверь он оставил открытой, как обещал. Через проём было видно Мивеля: Эмма поправляла ему ворот, а мальчик всё равно смотрел только на Яссену.

Это помогло ей не дрогнуть.

Король положил на стол оба свёртка — стеклянный глаз и пуговицу. Потом повернулся к ней.

— Теперь говорите.

Яссена молчала.

— Что именно, Ваше Величество?