Онлайн книга «Луна в тумане»
|
— Я… — Продолжайте! — «…не свойственно будет, слыша мое имя, простираться на земле, дабы почтить меня с радостью и верой…» — Достаточно. Что вы только что озвучили? — Изначальную молитву будды Амиды. — Хорошо. Вас убил самурай, чье тело вы сейчас носите? — Да. — Каким образом? — Он отрубил мне голову. — По какой причине? — Подчиняясь приказу. — Кто отдал приказ? Самурай — вернее, как я уже понимал, монах — молчал. Глядел в пол. — Отвечайте! — грозно рявкнул Сэки. — По приказу великого господина. Старший дознаватель повернулся к сёгуну: — Свидетель Кацунага, вы подтверждаете сказанное? — Что? — задохнулся сёгун. — Как вы меня назвали? — Прошу прощения, — Сэки был непоколебим. Его седые брови, и без того сросшиеся на переносице, были похожи на снеговую тучу, а резкие складки у рта могли соперничать твердостью со старыми шрамами. — Вы сами велели оформить акт фуккацу по всем правилам. В таком случае вы свидетель, и мы нуждаемся в вашем ответе. Сёгун долго молчал, укрощая гнев. У меня дрожали руки. Хорошо хоть кляксу не посадил! — Да, — наконец сказал Кацунага. — Я отдал такой приказ. — По какой причине? — Не ваше дело! Не забывайтесь, Сэки-сан! — И все же я осмелюсь вновь спросить о причине. — Этот монах плохо молился. Пренебрегал своими обязанностями. Все, большего вам знать не надо. Пока не надо, а дальше посмотрим. Плохо молился, вздрогнул я. Его привезли сюда из Цумаго, чтобы он молился, и убили за то, что он молился плохо. Святого Иссэна доставили сюда из Акаямы… Нет, о таком лучше не думать. Нет! — Вы записали показания свидетеля? — обратился ко мне Сэки Осаму. Он говорил громко, отчетливо, демонстрируя, что продолжает следовать правилам допроса. Как ни странно, это не вызвало у сёгуна очередную вспышку гнева, а напротив, немного успокоило его. — Да, Сэки-сан. — Очень хорошо. Итак, Ёсай, некий самурай по приказу великого господина отрубил вам голову за нерадение… — Маэда Хиромото, — внезапно произнес перерожденец. — Я Маэда Хиромото. Нет, не я. Самурая звали… Он помолчал и добавил: — Нет, это я. 4 Двенадцать дней — Что ты говоришь? — вмешался сёгун. — Ты сошел с ума? — Маэда Хиромото, — твердил перерожденец, как заведенный. — Двадцать восемь лет. Шесть лет службы великому господину. Сёгун приподнялся с табурета: — Ты не можешь этого знать! Тебе неизвестно его имя! — Маэда… — Тебе неизвестен его возраст! Срок службы! — Свидетель Кацунага, — перебил их старший дознаватель. — Умоляю о прощении, но вы не можете вмешиваться в допрос. Иначе я не смогу оформить документ о перерождении. Вас, перерожденец, это тоже касается. Свидетель, скажите мне, что должен будет сделать монах Ёсай, если я оформлю подтверждение фуккацу? Я затаил дыхание. Вопрос не входил в число тех, которые обычно задают при дознании. Он вообще не имел отношения к дознанию! Я посмотрел на мечи за поясом сёгуна — и сразу же отвел взгляд. Этот человек пожертвовал верным самураем, желая… Желая чего? Зачем он отдал приказ убить монаха, если знал о законе будды Амиды? О мгновенном переселении души убитого? Смерть не была наказанием, наказанием было другое. Неужели сёгуну хотелось покарать нерадивого монаха, отяготив его чувством вины за гибель безвинного самурая, чтобы он… — Он продолжит моление, — сухо откликнулся сёгун. |