Книга Остров звезд, страница 70 – Анджей Ласки

Хорошо, но тогда что вот это все? Где настоящий Герберт Уэлш, если то, что лежит в гробу лишь подделка? Что за показуха и тот человек в костюме? Я буду не я, если все понял неправильно.

И даже сейчас мой мозг упорно твердил: «Герберт жив!» Разбросанные паззлы, может быть, и могли сложиться в единую картину. Но так ли я уверен?

«Ни хрена» – пожалуй, самый лучший ответ.

Я ковырялся в башке, пытаясь связать все воедино. Так себе ребус. Стоило разложить все по полочкам. А что в сухом остатке? – либо неудавшийся двойник, либо плохая китайская подделка.

Незнакомец совершенно не был похож на Герберта. Ах да, рост, да взять того же Рикки Рубио^[127] и тот сойдет, и не он один. Взгляд? Там было темно, да и что я мог разглядеть под шляпой в самом деле? Он бежал от меня – самый главный вопрос. Почему? Потому что завтра все будут хохотать над утонувшей в луже звездой. Как вам такой поворот? Забавно, да? О-ху-и-тель-но смешно! Только вот как потом это будет разгребать мистер Шорт и звукозаписывающая компания?

Им бы досталось от прессы – не горюй. Впрочем, шанс у меня был, хорошо, что я им не воспользовался. Двинуть кони можно было бы под тем прожектором – где одна смерть, там и две. В результате – двенадцать трупов – случайность, ирония. Когда ты в последний раз читал Библию, дружище?

Я глотал боль вместе со слезами. На какой стадии принятия^[128] я находился? Где-то на грани депрессии. Мне и так хватило всего за последние дни, но Вселенная продолжала меня испытывать. Казалось, можно было обмануть реальность, но обмануть себя не получалось. Так и застряну в мутной луже и бесконечном унынии, не в состоянии понять, что происходит.

Врата в Ад открыты, прыгай – не хочу! Вот и гиены открывают огненные пасти, чтобы захватить меня с собой. Но что-то держит, и я даже не хочу понимать, что – я так сильно держусь за всю мою жизнь. Лихом бы последовал за Гербертом, но только бы точно знать, где он – на этом свете или на том. Но не мог уразуметь. Меня штормило и девятый вал был совсем близко. Еще чуть-чуть и потону прямо тут.

Только не сейчас. Вот вам жизнетворительный фак от Кейси – я поднял руку с выразительным жестом в сторону «Microsoft Theater». Let it be! «Блудный сын» не сдается никогда. Так учил дед! Иначе, не было бы всей этой истории.

А что пресса? Да пофиг на нее. Погогочут и забудут. Во всяком случае, пока еще ничего не произошло. А если так, ничего нет лучше пиара, кроме похоронной колонки в «The Times»^[129]. Да и та бы сошла – миллионные продажи альбомов еще никому не помешали.

Поэтому надо размотать всю катушку до конца и посмотреть, где тот конец у нитки. Если все так, как я себе представляю, то я предъявлю Герберту особый счет, чтобы не повадно было играть со мной в прятки.

— Как же вы меня достали! – я ударил кулаком по воде, грязные капли полетели во все стороны.

К черту! Уже все равно.

Я нашел себя в баре «Сады Вавилона» с бокалом виски в руке. В чужой футболке, явно с большого плеча, в спортивных брюках, только вот кроссовки все так же противно хлюпали. Что-то перещелкнуло. Как будто открылся портал – раз, и я уже здесь. Рядом на барном стуле с таким же бокалом, болтая в нем коричневую жидкость, возвышался мистер Шорт.

— Помянем Герберта? – Он поднял бокал, уловив в моих глазах проблеск разума.