Книга Умереть за искусство, страница 191 – Питер Джеймс

Королевскую медаль за отвагу ему вручил великолепный принц Чарльз. Его сопровождала супруга, герцогиня Корнуолльская, которая выглядела просто ослепительно. Больше всего Грейса удивило теплое отношение королевской четы к нему, простому служаке. А если говорить о деталях, то его поразило, что герцогиня была настолько же хорошо информирована, насколько и очаровательна, и помнила все, что касалось его скромной персоны, до мелочей, особенно учитывая огромное количество людей, которых венценосная пара принимала этим утром.

Сначала она заметила, что Грейс, должно быть, очень хорошо умеет задерживать дыхание. На что он ответил: «В присутствии королевской особы – всегда, мэм!»

Улыбнувшись, она сказала: «Но, как я понимаю, вы проплыли в затопленное помещение, чтобы найти оказавшегося в ловушке мальчика, не имея ни малейшего представления, хватит ли у вас воздуха в легких, чтобы добраться до него, не говоря уже о том, чтобы вытащить в безопасное место – если он вообще еще был жив».

Не сразу, но он нашелся с остроумным ответом: «Одна из вещей, которой учит эта работа, мэм, – это держать язык за зубами. Думаю, умение задерживать дыхание приходит позже».

Она рассмеялась.

Сейчас он пересказывал беседу с герцогиней Лесли Мэннинг и Ханне Робинсон в столовой полицейского управления Суссекса, которая была оцеплена для приема, устроенного главным констеблем в честь награжденных. На столах щедро разложили сэндвичи и пирожные, расставили праздничные бокалы шампанского для всех желающих. Среди приглашенных были мэр Брайтон-энд-Хова, который должен был произнести короткую речь, Эмма-Джейн Бутвуд, Джек Александер, Люк Стэнстед, Велвит Уайльд, Гленн Брэнсон, Шивон Шелдрейк, в качестве невесты Гленна, а не репортера, и Бет Дарем, глава отдела коммуникаций.

Медаль Роя Грейса висела на красно-бело-синей ленте, приколотой к его груди. Маленький серебряный диск с профилем королевы на аверсе и названием медали под короной на обороте. Награда заняла место рядом с медалью в честь юбилея королевы. Джойс Мой, стоявшая неподалеку от Роя и беседовавшая с комиссаром региональной полиции, гордо держала перед собой медаль своей дочери в маленькой синей коробке.

За спиной Грейс услышал голос Клио:

— Принц Чарльз был действительно мил, он спросил меня, когда я должна родить и знаем ли мы, мальчик это или девочка? Он вел себя как обыкновенный человек – только я вся тряслась, чуть не ущипнула себя, понимаете, ведь это был не двойник принца Чарльза, а он сам, наш будущий король!

Грейс улыбнулся и обратился к Мэннинг и Робинсон:

— Должен сказать, никогда не видел Нормана Поттинга таким тихим. Я наблюдал, как уважительно он разговаривал с герцогиней, – он был искренне восхищен. Немногие способны так впечатлить его!

Убедившись, что Поттинг не может их услышать, главный констебль тихо произнесла:

— Его юмор немного раздражает людей.

— У него за плечами годы практики, мэм, – ответил ей с улыбкой Грейс. – Но мне будет очень жаль, если Поттинг уйдет на пенсию, – он один из лучших.

Она кивнула и внезапно стала серьезной:

— Я знаю, что его невеста Белла тоже была одной из лучших.

— Да, и она тоже. Сегодня утром герцогиня расспрашивала меня, что я думаю обо всей этой критике, которой подвергается полиция. Я сказал, что в столь многочисленной организации всегда будут паршивые овцы, и от них необходимо безжалостно избавляться. Но надо ли судить о нас по негативным случаям или все же по хорошим и смелым поступкам, которые совершают подавляющее большинство офицеров? Когда все бегут от опасности, мы и другие экстренные службы спешим ей навстречу. Я сказал герцогине, что именно поэтому медаль так много значит для меня и других награжденных. И в отличие от меня, некоторые полицейские, такие как дочь Джойс Мой, никогда не получат ее лично. – Он посмотрел на главного констебля и ее помощника. – Я думаю, герцогиня действительно приняла это во внимание.