Онлайн книга «Время неблагих. Книга первая»
|
Он, значит, умеет убивать Даром, да? Меня не убьёт. Не понимаю, почему я так решил. Но просто точно это знал. Наверное, потому, что когда опасно, мой внутренний жар прямо стеной вставал, в горле жёг, а сейчас опустился и лёг куда-то под рёбра, грел в животе, как кавойе с пряностями. И я уже успел дойти до кабинета отца, когда понял: я ж победил Орина, слушай! Каким-то образом, сам не понял, каким — но точно! Я сел на диван, где с отцом сидел. Пачка газет так и лежала на столике, но мне было не сосредоточиться. Орин мне ужасно много всего объяснил про жизнь в этих сильно аристократических кругах. Сперва надо было во всём этом разобраться, а потом уже читать про международное и политику. Политика не убежит. А вот то, что они могут убивать, если просто хотят убить… Я ведь понял, что Орин имел в виду, как он собирался заставить меня убить кошку. Разрезать руку — и вот этот красный внутренний свет… Я посмотрел на руку — совсем забыл про порез. А пореза почти и не было, только светлый рубец, как от старой царапины. Вот оно как, значит… Вот как Шельд собирался убить меня внутри мамы. Разрезать руку — и… Так-то да. Мог бы и не спрашивать у мамы. Она бы не поняла, что случилось. Вот такие они, значит. Псы. Охрана Иерарха. Впрямь, реально — карающая длань. Слушай, они могут убить кого угодно. Вообще кого угодно. Просто захотеть — и убить. Может, с кем-то из «коллег», как отец говорит, ещё пришлось бы повозиться, но вот простеца… Обычного человека. Просто обычного человека. Просто взяли и убили. Походя. Как Орин хотел меня заставить кошку убивать. Да сейчас! Бегу уже, только штаны подтяну. Гад… нет, я не о том. Я о том, как это просто. И у человека нет защиты. Как и у кошки. И какая им разница — человек, кошка… Получается, я видел троих Псов. Орина, Хэтрика и отца. И только отец — не гад. Думаешь, я пытаюсь его защищать? Потому что он мой отец? И потому что он мне за два неполных дня уже ближе, чем… отец… отчим… чем Хольриж? Нет. Кажется, нет. А потому что он про меня думал «бессмысленный комок» и «ошибка»… и я ему мешал… и он хотел себя убедить, что всякие знамения ни при чём… и злился… и мог просто разрезать ладонь… И не стал. Скажи, Хэтрик пощадил бы? В такой ситуации? А Орин? Не уверен. И тут в кабинет сунулась Рафка. — Ну вот что ты удрал? А обед? Не прислали мажордома, надо же. А ведь слуги всё знают. Знают, что отец может просто разрезать ладонь — ну вот рассерди его только. И всё. Им же очень страшно. Бывает, наверное, вообще нестерпимо. А каково тем, кто Хэтрику служит? Ой, а если они видели что-то такое… — Валиен! — возмутилась Рафка. — Ты вообще где? Ты меня слышишь? — А? — Ты обедать пойдёшь? — Прости, — сказал я. — И перед леди Лирмой извинись, пожалуйста. Я не хочу вообще. Так можно? Не хочу есть, не голодный, такое чувство, что только что завтракали… и знаешь, отца хочу подождать. Глава 7 Я так и прождал отца до вечера. В его кабинете, с газетами и с кошкой Лаской. С моей Худенькой. Она меня полюбила, а я её. Я с ней разговаривал. Она по-человечески не умеет, но понимает… я-то её понимал хуже, но надеялся со временем разобраться. А пока я ей говорю: ты смотри, какая удивительная штука! — а она: аур-р! Ну и славно. Отличная беседа, по-моему. |