Книга Мой вызов. Осколки нас, страница 52 – Ронни Траумер

— Что дальше? — поднимаю взгляд и смотрю на него.

— Малой проснётся, и поедем купим всё нужное, — говорит и, пройдя к пакетам, шуршит, пока не находит бутылку воды.

— Я не про сегодня, — произношу и, сделав пару шагов вперёд, присаживаюсь на стул у обеденного стола. — Я спрашиваю, что будет дальше со всеми нами?

— А что будет? — пожимает плечами. — Мы семья и, заметь, не только устно…

— Это ничего не значит, — срывается с губ, но ведь это правда, я до сих пор не понимаю, зачем ему на мне жениться, если убить грозился.

— Вот как, — хмыкает, стоя на том же месте. — Ну а что я удивляюсь, не думал же, что ты рада будешь…

— Я рада, — бросаю и язык себе прикусываю. — Не понимаю просто, — вздыхаю, опустив голову.

— Я бы тебя не отпустил, с ребёнком или без, — этой фразой заставляет поднять взгляд на него. — Проще было убить нас обоих, — бормочет под нос, но недостаточно тихо. — Короче, ребёнка записал, — с этими словами достаёт из внутреннего кармана конверт и бросает на стол передо мной. — Теперь мы точно семья, и жить будем, как все нормальные люди…

— Пока ты не решишь от меня избавиться, — мой язык живёт своей жизнью, честное слово.

Не успеваю обдумать свое высказывание, как на моей шее сжимаются мужские пальцы, а надо мной возвышается внушительная фигура Давида.

— Дура, — выдыхает и прижимается губами к моим.

Аля

Бабочки в животе мгновенно просыпаются, взмахами крыльев разгоняя кровь в венах. По позвоночнику будто молния проходит, заставляя вздрагивать всем телом от обрушившихся на меня эмоций. Не убирая руку с шеи, Давид поднимает меня на ноги и, обняв за талию, вжимает в себя. Зарывается одной рукой в мои волосы на затылке, не отрываясь от губ, находит мой язык и сплетает его со своим.

Мозги отключаются, оставляя весь контроль чувствам. Обнимаю Давида в ответ и, постанывая ему в рот, трусь грудью о его, словно кошка. Зарычав мне в губы, он ещё крепче сжимает меня, толкнувшись бёдрами вперёд, давая возможность ощутить всё его возбуждение.

У самой трусики намокли, а промежность покалывает от желания. И так чувствительные соски встали, затвердели, почти причиняя боль. Руки наслаждаются рельефными мышцами, гуляя по крепкому телу мужчины… мужа, он теперь мой законный муж.

— Останови меня, — выдыхает мне в губы, разрывая поцелуй на одно мгновение для того, чтобы поднять, усадить меня на стол и вклиниться между моих раздвинутых ног.

Снова закрывает мне рот, не давая никакой возможности ответить. Но, по правде говоря, я бы и не стала, нет сил разорвать эту нить, которая связывает нас уже давно и которая ослабла за последний год. Руки Давида скользят по спине, в порыве страсти сжимая футболку на мне вместе с кожей, и, наверняка, оставляя синяки. Опустившись к пятой точке, сжав почти до боли, вжимаясь вздыбленным пахом в мою промежность и вырывая стон из моей груди.

Какое-то сумасшествие. Безумие чистой воды. Необузданная страсть. Чувствую, что голову снесло обоим, сейчас всё перестало быть важным. Все обиды стёрлись, вся злость утихла, прошлое забылось. Остались только мы вдвоём, наше учащённое дыхание, стук двух бьющихся в унисон сердец и запах возбуждения в воздухе.

— Блядь, Хрустальная, — рычит мне в губы. — Что ты со мной делаешь? — проговаривает, едва дыша.