Онлайн книга «А за околицей – тьма»
|
— Над Лозой не лети! Через бор, через бор давай! — Почему не через Лозу? – удивлённо, тревожно проклекотал День. — Нельзя лебедю по весне в реке отражаться, беда будет, – ответила Ярина, сглатывая. А про себя подумала: «Уж и без того, как ни кинь, беда будет такая, что куда уж хуже!» …Как ни крутил, как ни петлял лебедь, показался наконец впереди Кощеев дворец. Сколько верёвочке ни виться… Ярина вынула из-за пазухи яйцо. Шарик не шарик… Похож на шары, что у Обыды в избе стоят, кличут зиму. Докличутся ли нынче?.. А может, не с Кощея начать? Ягпери, Нюлэсмурт, Вумурт – мало ли Лесного народа, который если изничтожить, сила останется лишняя? «В Кощее силы больше, чем во всех остальных, вместе взятых. Если его оставить – ничего не выйдет… А если начать не с него – кто знает, как бы не помешал…» Ярина поднесла яйцо к глазам. Втянула воздух. Укусила себя за запястье, решаясь. Стиснула яйцо в пальцах, сжала зубы и раздавила. Ничего не случилось, и небо не рухнуло; думала, потечёт по пальцам липкое, вроде желтка, вроде крови… Нет, только дым пошёл, совсем как из того яйца, из которого василиск так и не вылупился. «Может, я сама как василиск для Леса?» – подумала с ужасом. Изо всей силы свободной рукой вцепилась в перья, замотала головой, отгоняя мысль. Но та разрасталась, крепчала, вспоминались слова Обыды: «Если бы василиск вылупился, сколько бы бед в Лесу наделал! Сколько бы погубил и людей, и зверей, и тварей волшебных… Вглядись в будущее: открыта разве для них чёрная дверь? Нет! А пришлось бы отворить, если бы змее дала вылупиться». Может, не зря тогда Лес то яйцо навстречу послал, а теперь другое яйцо дал в руки – напомнить? Может, и Ярину Обыда должна раздавить, как того змеёныша, чтобы не наделала больших бед? — Нет! Да нет же! Слёзы относило ветром, чертило дорожки от глаз к вискам. Хватит! Хватит знаки искать там, где всё ясно! Либо она Лесных тварей волшебных перебьёт, чтобы сила освободилась, чтобы и Обыда, и яблочко, и сама Ярина ужиться смогли, – либо конец одной из них! — Ни я не хочу умирать, ни Обыда! – крикнула Ярина. Захлебнулась ветром и разломила иголку. Как прутик оказалась игла, как соломинка: раз – и треснула пополам. Юсь вскрикнул и широкими кругами принялся опускаться к Кощееву дворцу. Глава 28. Страшная цена Я устала. Не могу. Не лечу. Мне осталось до ухода чуть-чуть. Развернулось лето в день без конца, Шепчет полоз: обниму три кольца, Шепчут птицы: отпусти молодца́. Опускаются в сиянии царств Мне на плечи все Леса, небеса, И несутся поперёк колеса Тропы, горы, корабли, чудеса, Только я уже держать не могу. Я готова хоть себя, хоть ягу Отпустить, забыть, отпеть, затворить, Только б в роще перестало пари́ть, Только б небо перестало гореть, Лишь бы кончилось всё это, и впредь Никогда такой беде не созреть. Только б мне сегодня не умереть. — Яринка? – удивился Кощей, оборачиваясь от окошка. – Что стряслось? Обыда послала? Мелькнуло в памяти, как он учил различать птичьи яйца, как вышивать помогал. Он куда лучше Обыды учил, куда аккуратней: та всё черты, ризы вышивать заставляла, а Кощей показывал, как цветок живым сделать, шёлковым, как каплю росы не спугнуть иголкой. Вспомнила, как первые подснежники оживлять пробовала, как Бессмертный жёлтые пушистые шарики протягивал ей на пальце, чтоб насадить на стебель: хрупкие, дунь – разлетятся, а на ладони белая пыль – полуснег, полусахар… |