Книга Союз стали и шёлка, страница 18 – В.Л. Смит

Я прогуливалась по огромному саду дворца, где каждый камень под ногами казался отполированным до зеркального блеска, а воздух был густым от аромата магнолий и жасмина. Цветущие ветви склонялись над мраморными дорожками, словно шептали чужие секреты, но я слышала только стук собственного сердца и тихий шелест шёлка моего платья.

Торна не было с утра. Ни с докладом, ни с его привычным суровым молчанием, которое стало для меня почти щитом. Это беспокоило. Сейчас он — единственный, кто стоит между мной и кинжалом в спину. Меня больше волновал корабль, стоявший в Нефритовом Порту под ненадёжной охраной. Я не доверяла ни капитану, ни местным стражникам. Надеялась лишь, что император не юлит, выигрывая время. В моём случае время стоило дороже золота и крови.

Я свернула на узкую тропинку, ведущую к пруду с карпами. Вчера вечером я видела Селин. Она стояла в окружении придворных дам в новом платье цвета персикового рассвета и смеялась — искренне, с той лёгкостью, которую я помнила ещё из детства. Служанки болтали, как стайка испуганных птиц: подготовка к свадьбе идёт полным ходом. Её свадьбе. С Лун Юэ. Шёлковые знамёна уже развешивали по стенам, вино долголетия разливали по новым кувшинам, а Ткачи плели дополнительные нити «для благополучия союза». Селин выглядела счастливой.

"Это, к моему стыду, резало глубже, чем должно было. Ведь это должна была быть моя свадьба."

Я остановилась у края пруда. Золотые и алые карпы лениво кружили под поверхностью воды. Моё отражение дрожало, искажённое, словно уже предчувствовало удар.

— Красиво, не правда ли? — раздался мягкий, бархатный голос у меня за спиной.

Я обернулась медленно, не торопясь показывать тревогу.

Молодой человек стоял в нескольких шагах, опираясь на резной поручень мостика. Высокий, изящный, чёрные волосы были собраны в свободный узел, одна непокорная прядь падала на висок. Улыбка — тёплая, почти обезоруживающая, с лёгкой ямочкой на щеке, которая делала его моложе. Глаза — тёмно-карие, с золотистыми искрами, как у человека, привыкшего, что ему повинуются не только из страха, но и с удовольствием. И всё же я сразу разглядела в нём воина. Человека, который знал, как держать меч и когда пустить его в ход.

— Подслушивать чужие мысли — некрасиво, — сказала я ровно.

Он рассмеялся тихо, мелодично — звук, похожий на перебор струн гуциня в пустом зале.

— Я не подслушиваю. Просто заметил, как вы стоите здесь одна, будто весь этот сад принадлежит вам, а не императорской семье. Это редкость. Большинство дам здесь либо улыбаются, пряча яд за зубами, либо прячутся, чтобы не стать следующей жертвой. А вы… вы смотрите на этих карпов так, будто прикидываете, сколько ударов топора понадобится, чтобы разрубить пруд пополам или карпа.

Я невольно усмехнулась. Он умел говорить — легко, но с острым краем. Как хорошо заточенный кинжал, скрытый под слоем шёлка.

— Всё зависит от количества рыбы, — ответила я.

Он шагнул ближе, но остановился на почтительном расстоянии. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержавшись на глазах дольше, чем следовало.

— Ваша сестра выглядит… расцветшей. Двор уже шепчется, что она идеально подходит принцу. Мягкая, где нужно, и твёрдая, где требуется. А вы… — он сделал паузу, словно взвешивал каждое слово на лезвии. — Вы — как необработанный обсидиан, принцесса Айрис. Красивый. Но опасный. Один неверный удар — и порежетесь сами.