Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 106 – Джин Соул

— Младший господин Чжу собирается открыть лавку, будет торговать шёлком. Шелка семьи Чжу – лучшие во всех Десяти Царствах!

Янь Гун поморщился, но небрежным кивком подтвердил слова старого слуги.

Город, в который они прибыли, назывался Змеиный Котёл и Янь Гуну, что называется, с порога не понравился. Он уже слышал легенду о падении гигантской змеи, продавившей в земле кратер, в котором и выстроили город, но только он знал, что эта змея была вовсе не посланником Небес, а змеиным демоном, которого раскрутил над головой и зашвырнул подальше Ли Цзэ. Янь Гун демонов чувствовать не мог, но почему-то уверился, что здесь ими кишмя кишит. Старые суеверные страхи ожили, и он подумал, что первым делом нужно будет накупить талисманов и обклеить ими будущее жилище.

В магистрате ему посоветовали выставленный на продажу дом. Обошёлся он Янь Гуну недорого. Дом был большой, но расположен на отшибе: такие места у гадателей считаются неудачными, а уже позже выяснилось, что предыдущие хозяева поубивали друг друга, что не могло не сказаться на стоимости дома. Какая-то нехорошая история, о которой говорили, понизив голос и сплошь недомолвками. Но золото развязало языки, и Янь Гун выяснил, что муж с женой были страшными ревнивцами, потому он её прирезал, а она успела подмешать ему в чай яд. Старый слуга, услышав это, переменился в лице и стал упрашивать хозяина не покупать этот дом: в него и слуг не наймёшь, никто не захочет работать в таком дурном месте. Янь Гун только пренебрежительно отмахнулся и утвердил покупку дома.

Первым же делом Янь Гун призвал гадателей и велел им расклеить талисманы от злых духов по всему дому и саду. Денег он на бумагу не жалел, и скоро каждая трещинка в стене, каждая корявая ветка в саду, каждая скрипящая половица, каждое подозрительное пятнышко на потолке были обклеены жёлтой и красной бумагой с магическими письменами.

Гадатели, почуяв наживу и легковерного клиента, табунами приходили в дом и выискивали подозрительные места и уголки. Старый слуга только горестно охал, но Янь Гун охотно расставался с деньгами: злых духов недооценивать нельзя, в любую щель пролезут! – и скоро по Змеиному Котлу поползли слухи о страшно суеверном торговце шёлком, который увешал дом талисманами, но не додумался устроить в нём алтарь.

Люди тоже были суеверны, но не настолько, чтобы обклеиваться талисманами, что называется, с ног до головы. В каждом доме была парочка талисманов, на дверях и у спального места, порог посыпали жжёной солью, чтобы отпугнуть злых духов, а больше – клопов, и, конечно же, имелся домашний алтарь, посвящённый богу войны и предкам, где всегда горела палочка благовоний.

Янь Гун уже знал, что в Десяти Царствах поклоняются Ли Цзэ, но никогда не ходил в храмы и не зажигал благовоний в домашнем алтаре. Он считал себя недостойным защиты бога войны и так и не простил себе, что не уследил за белой змеёй и обрёк друга на одиночество.

«Я подвёл его, – мрачно думал Янь Гун, – как я могу просить у него помощи?»

Эту странность за ним люди тоже скоро заметили, а когда он начал ходить по городу и расспрашивать о разных странностях, то заподозрили, что младший Чжу «малость того». Он иногда принимался спорить, говоря, что лучше знает, потому что сам видел, скажем, как завоёвывали Волчью Пасть или гигантскую змею, в честь которой назвали этот город. Старый слуга, который сопровождал хозяина, тут же начинал охать и приниженно кланяться и спешил увести хозяина от слушателей. Гадателям, в большинстве своём – шарлатанам, было всё равно, в своём уме их наниматель или нет: когда платят золотом, почему бы и не подыграть сумасшедшему?