Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7, страница 115 – Джин Соул

«К чему такие предосторожности? – подумал Ху Баоцинь, наблюдая за ним. – Неясыть ведь сидит на цепи, он не смог бы дотянуться до ключей, даже если бы какой завалился внутрь клети».

— Что он сделал? – спросил Ху Баоцинь. Вопрос этот его действительно занимал. Неясыть сидел в темноте на цепи, судя по всему, очень долго, может, тысячу лет. Лис сажали на цепь, если они провинились. Но какой проступок должен был совершить Неясыть?

— Ничего не сделал, – ответил Владыка миров.

— Что?!

Владыка миров поднял руку, останавливая его возмущённое фырчанье:

— Если Неясыть вырвется на свободу, то поглотит Вселенную. Ты слышал о змее-пожирателе миров? Такие легенды есть во всех мирах, верно? Явится чудовищный змей и ознаменует собой конец всего сущего, сожрав Вселенную. Иногда говорят, что это не змей, а дракон. Но эти легенды неточны. На самом деле это вовсе не змей и не дракон, а сова.

— Зачем ему пожирать миры? – всё ещё не понимал Ху Баоцинь. – Какой в этом прок?

— Никакого, – согласно кивнул Владыка миров. – Но он хранитель Изначального, а Вселенная – изначальна, и он поглотил бы её только поэтому.

— Зачем тогда было создавать эту тварь? – воскликнул Ху Баоцинь.

Владыка миров помолчал, потом ответил:

— Я его не создавал. Он сам изначальный. Он всегда был. Как и я. Не знаю, кто его создал.

Ху Баоцинь сунул пальцы в волосы и хорошенько поскрёб за ухом, пытаясь осмыслить услышанное.

— То есть, – медленно проговорил он, – хоть ты и демиург, создавший миры, ты понятия не имеешь об устройстве Вселенной в целом? А как же всеведение?

— Ну… – протянул Владыка миров с некоторым смущением. – Вселенная непостижима.

— Пф… – пренебрежительно отозвался Ху Баоцинь.

— Возвращаемся, – велел Владыка миров.

Он вращал в пальцах полученную от хранителя кисть Нерушимой Клятвы всю дорогу. Выглядела она как обычная старая кисть для письма: кончик растрепался, лак на рукояти облупился…

— И что такого особенного в этой кисти? – не утерпел Ху Баоцинь. – Такую выкинь, никто не подберёт.

— О, эта кисть единственная в своём роде, – сказал Владыка миров. – То, что ею написано, воплотится в жизнь и останется неизменным. Поэтому она не должна попасть не в те руки.

— Но тогда Неясыть мог бы взять её и написать… – начал Ху Баоцинь и недовольно нахмурился, потому что Владыка миров не удержался от смеха. – Что смешного?

— Неясыть ничего не смог бы написать, – снисходительно объяснил Владыка миров, – потому что писать не умеет.

— И только? – потрясённо уточнил Ху Баоцинь.

— И только, – подтвердил Владыка миров.

Гу Ши ждала их возвращения, снедаемая любопытством. Ключи Неясыти хранились в аду многие тысячи лет, но Владыка миров никогда прежде не брал их. Впрочем, нет: однажды он ключи забирал, чтобы нанизать их на кольцо – до этого все ключи лежали вперемешку в деревянном ящичке. Но решётка Неясыти никогда не отпиралась, это Гу Ши знала точно: владыкам ада было поручено следить за тем, чтобы никто и никогда к ней не приближался. Им было известно, что внутри заперт Неясыть, но о хранящихся внутри вещах и предметах они ничего не знали. Что же понадобилось взять Владыке миров? Уж не собирается ли он выпустить… Она оборвала эти мысли и спрятала их глубоко внутри, чтобы даже всеведение и всезнание демиурга до них не добралось.