Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7, страница 1 – Джин Соул

Серийное оформление – Карки.

Иллюстрация на обложке – Карки.

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.

© Д. Соул, 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

* * *

Недопёсок тоже решил приложить лапу к «Лисьему Дао» и старательно записал в книжечку некоторые из своих измышлений.

Шерсть распуши – врага устраши.

Матёрому лису – что мыши, что крысы.

Пролезла морда – и остальное протиснется.

Не можешь переспорить – затявкай.

Не скрипи на тех, у кого гуще мех.

С лапы по горсти – лису нора.

Нору копай – а ухо держать востро не забывай.

Чужие хвосты не считай.

Не смог доесть – не плачь, а в шерсти на боку припрячь.

Любопытство крота сгубило и лису обед подарило.

Две лисы дерутся, а третьей тумаки достаются.

— Куда теперь? – спросил Лао Лун.

— Хочу посмотреть на снег, – без колебаний заявила Ху Сюань.

Когда Лао Лун рассказывал ей о мире смертных, Ху Сюань очень заинтересовал именно снег, и Лао Луну пришлось напрячь воображение, чтобы объяснить, на что тот похож.

— Это пух, только холодный и тает, как лёд. Ты знаешь, что такое лёд?

Ху Сюань кивнула утвердительно. Лисы использовали лёд для разных нужд, в том числе чтобы лизать в особенно жаркий день – охлаждаться.

Добывали же лёд так: в поместье Ху был вырыт очень глубокий колодец. В него спускали бадью с водой и оставляли на ночь. Когда наутро бадью вытаскивали, она была наполнена уже не водой, а льдом. Лисы вытряхивали лёд из бадьи, распиливали и растаскивали кто куда, а бадью вновь наполняли водой и опускали в колодец.

Лисьи знахари использовали лёд в медицинских целях, но Ху Сюань нравилось и просто рассасывать холодный кубик, гоняя его языком по рту. У воды, превратившейся в лёд, был особенный привкус.

— Если снег похож на пух, – заметила Ху Сюань, – то в нём можно и вываляться?

— Можно, если не боишься замёрзнуть, – подумав, ответил Лао Лун.

— Лисы холода не боятся, – сказала Ху Сюань с лёгким снисхождением в голосе.

Лисы, может, и не боялись холода, но любили погреться на солнышке или сбиться в кучу и греться друг о друга. Мех у них тогда распушался, и лисы становились похожими на меховые шары, исполненные важности.

— Тогда – на север, – решил Лао Лун. – Чем севернее, тем холоднее, а значит, и снега больше.

Он не поднимался слишком высоко в небо, чтобы дать Ху Сюань возможность посмотреть на мир смертных, над которым они пролетали.

Хроники того года впоследствии запестрели упоминанием «Парада драконов». В действительности дракон был всего один, но люди склонны преувеличивать, потому насчитали целый гурт^[1].

Далеко на север Лао Лун не полетел, снег можно было отыскать и в горах. Он выбрал наиболее заснеженную вершину и стал опускаться. Ху Сюань зачарованно глядела на мерцающее снежное покрывало. Этот блеск что-то напоминал, но она не сразу поняла, что именно, а когда поняла, то на мгновение лицо её омрачилось: так же серебрился мех её учителя, Ху Баоциня.

— Что? – отозвался Лао Лун, почувствовав изменение в её ауре.

— Ничего, – тут же очнулась Ху Сюань. – Просто… глаза слепит, непривычно.

— День солнечный потому что, – сказал Лао Лун, спускаясь ниже и зависая над снежным склоном горы.