Книга Божьим промыслом. Кинжалы и вексели, страница 3 – Борис Конофальский

— Ну, как же, отчего? — Восклицает Элеонора Августа с таким привычном для неё нежданным негодованием. — Мне же ещё вчера Кахельбаум сказал, что от нового архитектора из Ланна приехали мастера и уже наняли рабочих с подёнщиками, уже начали работать на замке, вот я и хочу знать, когда же вы дадите денег мне на покупку мебели.

Генерал смотрит на неё и не сдержавшись вздыхает, и от этого баронесса ещё больше распаляется:

— Отчего же вы так вздыхаете, господин мой? Кахельбаум говорит, что ему старший из мастеров сказал, что до рождества они со всем покончат и ворота уже поставят и воду в ров запустят. Надобно мебель уже сейчас заказывать, иначе… — Она качает головой с укоризной, — я вас, супруг мой, просто не понимаю… Мебель у хороших мастеров нужно месяцы ждать.

— Ну, значит подождём. — Замечает генерал спокойно и видимо это его спокойствие так сильно досаждает баронессе, что она взрывается:

— Да как же мы подождём? — Женщина возводит руки к потолку. — Да, Господи! Как же подождём? Я уже не могу тут жить, в этом поганом доме, это хлев, а не дом, от кухни всё время жара, смрад валит, холопы тут же с нами живут, едва не у нас в ногах спят, детям места нет… Я сплю и слышу, как коровы в кровнике испражняются. Вонь от конюшен у нас в спальне, если окно раскрыть. Осталось только на зимние холода скотину в гостиной этой ставить, и настоящий дом холопский получится.

Волков смотрит на свою супругу и снова вздыхает. За последние три дня он мало спал, устал. Спорить с женой у него просто нет сил. Но, даже в таком бессильном состоянии, он понимает, что нельзя даже обещать ей, что даст денег на мебель. Мало того, что её обманут и она сильно переплатит, так она ещё такого купит, что потом только на камины пойдёт. Жена его была необычайно легка на уговоры и падка на лесть. Ей можно было продать любую яркую или необычную дрянь задорого. К тому же она совсем не понимала ценности денег. Нет, нет… Он не собирался доверять ей такого важного дела как покупка мебели.

— Дорогая моя, я же вам это уже говорил, до мебели ещё далеко, — наконец произносит Волков. — Давайте сначала постелем полы и обобьём стены. Я и за окна ещё не платил. Как же вы будете ставить дорогую мебель в залы, где в проёмах нет стёкол. Ещё и посуду надо покупать для кухни, и мебель для слуг…

— Господи, — стонет Элеонора Августа. — Так почему же вы не покупаете это всё?

— Я ищу деньги, — отвечает генерал и пальцем стучит по листу бумаги со столбцами цифр.

— Но все говорят, что вы захватили возы денег, неужели у вас не найдётся серебра на окна и на кастрюли для кухни? — Недоумевает супруга.

И тогда он качает головой: нет, не найдётся:

— Мне нужно строить церковь.

— Церковь не подождёт?

— Я обещал епископу, что начну. Мне нужны деньги, чтобы заплатить солдатам… Иначе в следующий раз они просто не пойдут за мной. Мне нужно строить новые амбары…

— Амбары? Да зачем вам ещё амбары?! — Баронесса возмущена.

— Нужно много амбаров, моя госпожа, — объясняет супруге барон, — мы теряем деньги на каждом урожае, потому что нам негде хранить зерно до хороших весенних цен. А ещё я обещал местным сеньорам, с которыми вы так хотите дружить, что помогу им протянуть дорогу от владений барона Баля до наших Амбаров у реки, а ещё нужно ремонтировать дорогу до Заставы, она там совсем плоха, зимой мы не сможем возить по ней товары, и посему снова будем терять деньги… А ещё я хотел бы закрыть парочку своих долгов, хотя бы самых разорительных… Хотя бы уменьшить их, чтобы не платить адские проценты.