Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 108 – Матвей Дубравин

А вдруг этих существ тут сотни?

Ахель опять посветил на стену. Там копошились две сороконожки небольшого размера. Тогда Ахель посветил на пол, поднеся фонарь к самой земле. Там тоже извивалось несколько подобных существ, но и они были маленькими. Стояла гробовая тишина, не считая стука сердца Ахеля. Он замер в нерешительности, не зная, идти ли ему дальше.

— Второго шанса не будет, – прошептал он. – Да и бояться тут, в общем, нечего. Нельзя отказываться. – Помолчав, он добавил: – Кто не рискует, тот не приручает пар! – И пошёл вперёд. Преодолев несколько метров, он ускорил шаг. Потом ещё. Ахель сам не заметил, как перешёл на бег.

От быстрого движения язычок пламени на фитиле начал жалобно развеваться, цепляясь за жизнь из последних сил, – а потом погас. Стало совсем темно, но Ахель не останавливался. Так он бежал до тех пор, пока не ударился всем телом о мягкую стену, крайне необычную на ощупь. Он отпрянул от стены, не понимая, куда идти дальше. Сощурив глаза, он ничего не увидел. Царила кромешная тьма. Фонарь давно потух.

Ахель дрожащими от страха руками начал нащупывать зажигалку, чтобы зажечь фонарь.

— Érmo, olóin! – шептал он сквозь стиснутые от страха зубы. – E gúaikéri zéelaimesil laméodoni oitoagelía éiamolo. Sodeia okeugurói éiamolo pealaotoávolo kealatóador!^[8]

Может, молитва ему помогала, а может, он нащупал зажигалку сам, но огонь снова вспыхнул на кончике фитиля. Стена, перед которой он оказался, была концом тоннеля: дальше пути не было. Ахель почувствовал щекотку на ноге и со страхом посмотрел вниз. Не нужно было много света, чтобы понять, что шевелится сразу весь пол. Шевелились и стены. Вот почему было такое странное ощущение при столкновении со стеной! Всё вокруг было покрыто толстым слоем суетящихся сороконожек. Они хаотично переползали с места на место, меняя очертания пещеры. Значит, то, во что упёрся Ахель, было не земляной стеной. Это был огромный клубок сороконожек, который мог быть очень большого размера.

Внезапно раздался гулкий голос, который произнёс всего три слова:

— Ощути судьбу Наблюдателя!

Ахель не воспринял смысл слов. Он был напуган. По его ногам начали одна за другой карабкаться жуткие создания. Словно клочки пола начали двигаться к нему, стягиваться всё ближе. Стены стали сужаться, потолок снижаться, а пол начал подниматься. Это сороконожки, которых тут были миллионы, начали подползать ближе и ближе к Ахелю. Он думал, что не боится насекомых, но такого случая и представить не мог. Его маленький страх разросся до исполинских масштабов. Кроме того, он мог умереть, потому что сороконожки заполнили бы всё окружающее его пространство. А если они ядовитые, то это конец всему.

Перед Ахелем в тусклом свете фонаря появилось до боли знакомое лицо. Это был череп Наблюдателя. Только теперь он висел в воздухе. Ротовое отверстие зашевелилось.

— Ощути судьбу Наблюдателя! – повторил череп, а затем прилепился к Ахелю, к самой шее.

Ахель в порыве чистого ужаса отбросил фонарь в сторону. Тут же его облепили сороконожки, и фонарь погрузился в их толщу. Ахель видел, как сужаются живые стены, как потолок притягивается к нему, как пол двигается!

Он завопил во весь голос – и бросился назад, с трудом переставляя ноги в копошащейся массе. Ему на лицо, на волосы, на руки, на ноги и на всё тело свешивались сороконожки, которых он тут же смахивал, стремясь добежать до выхода.