Книга Туманные острова, страница 222 – Матвей Дубравин

— Что же я натворила! – наконец выдавила она из себя. – Теперь все из-за меня! – Она снова начала рыдать.

Гвардейцы будто бы даже не услышали этих слов. Они застыли, как мраморные статуи. Было ясно, что они не сдвинутся с места, пока не услышат приказа лично от Десятого Императора. Правитель и не заставил себя долго ждать. Когда платформа вернулась на место, он уже как ни в чем не бывало сидел на своем троне. Его лицо выражало холодное равнодушие.

— Выражаю вам благодарность, – сказал он гвардейцам. – Вы сработали образцовым образом. Завтра будете представлены к награде. А теперь о вас, служители. Могу констатировать, что вы вляпались в ту еще историю!

Император закусил губу и энергично думал, что делать в этой ситуации. Наконец он махнул рукой гвардейцам:

— Выйдите пока из комнаты. Я хочу поговорить с ними лично. Когда потребуется, я вас позову. Будьте готовы к этому!

Гвардейцы убрали оружие от Лии, поклонились правителю и вышли, закрыв за собой дверь.

— И ты тоже выйди. Я хочу решить этот вопрос один. Иди в свои покои, – сказал Император своей жене. Она что-то шепнула ему на ухо. – Думаешь, я этого не понимаю? Конечно, я это учту. Не держи меня за дурака! – шикнул он на нее, и она ушла.

Больше ни Софус, ни Лия, ни Квес ее никогда не видели.

— Итак, – сказал Десятый Император. – За повреждение статуи полагается смертная казнь. Тут без вариантов.

Лия зарыдала еще сильнее, не в силах сказать ни слова. Квес подошел к ней, усадил в кресло и стал успокаивать ее. Ему пока было абсолютно неважно, что говорит этот Император, минуту назад прятавшийся за подземной дверью. Все, что он хотел, – это хоть немного успокоить Лию. Разбираться с правителем он предоставил Софусу, у которого явно было в этом больше опыта.

Софус сейчас больше всего жалел, что не может закурить. Этого ему страшно хотелось, аж до легкой тряски пальцев. Но ни табака, ни трубки, ни права курить при Императоре у него не имелось.

— Вы же понимаете, что это было сделано ненамеренно. У девушки сломался каблук, и она упала. Она не хотела оскорблять честь вашей фамилии.

— В нашем Кодексе есть две статьи, – сказал Император. – О намеренном и ненамеренном повреждении такого рода ценностей. И наказание там одно и то же. Смертная казнь. Конечно, я не горю желанием приводить это наказание в исполнение, но тогда меня неверно поймут.

— Мы – участники важной международной миссии, – напомнил Софус. – Едва ли наша казнь будет способствовать развитию отношений с Союзом Мира. Наш Союз не потерпит такого обращения с гражданами.

— Думаете, я не понимаю этого? – оскалился Император. – Думаете, я не осознаю, что эта девка в последний момент поставила под удар всю нашу деятельность? Все усилия по налаживанию дружбы сейчас могут пойти насмарку!

— Я тоже не хочу, чтобы усилия были потрачены напрасно, – кивнул Софус. – И именно поэтому я считаю нужным закрыть глаза на эту ее провинность, если вы считаете это провинностью. От этого будет лучше нам обоим.

— Я не всесилен, – неожиданно для Софуса произнес Император. – Моя власть ограничена Советом Дв… – Он запнулся и махнул рукой. – Оговорился. Дрянные шаблонные фразы! Моя власть ограничена волей предыдущих Императоров. Если я пойду против их воли, я потеряю авторитет. Прервется та линия преемственности, на которой у нас держится все. Так что если я вас убью, то мы понесем меньшие потери.