Книга Туманные острова, страница 347 – Матвей Дубравин

— Не обращай внимания, – сразу сказал ему Квес, пытаясь проморгаться от слез, хотя ученик ничего не сказал ему про слезы.

— Да ладно, я же все понимаю, – смущенно ответил он. – Расставание и все дела.

— …и все дела, – зачем-то тихо повторил Квес. – Ну что, ты готов к отплытию?

— Конечно. – Ученик кивнул. – Наконец-то я увижу этот остров!

— Там уже много потеряно от изначального колорита. Все стало и чище, и просторнее. По-людски, в общем.

Они пошли по коридору по направлению к комнатам, где жили.

— Но все равно, – настаивал ученик. – Раньше-то этот остров принадлежал Врагам Идеи! И только потом они отделились.

— Это было четырнадцать лет назад. Теперь наши люди там хорошо похозяйничали, – ответил Квес. – Мне не нравится, как у них все закончилось, честно говоря. Ведь протестующие хотели свергнуть культ Врагов Идеи полностью, а в итоге их всех загнали на один остров и отделился только он.

— Но теперь Враг командует только четырьмя островами! – воодушевленно доказывал свою позицию ученик. – Он стал на двадцать процентов слабее. Это мощный удар по нему!

— Нет, он командует не четырьмя островами. Он имеет доступ к людям абсолютно на всех островах. Просто четырьмя он командует более явно. А так он может добраться хоть до самого Святого Пояса. Это-то и страшно. Их остров ушел лишь из-под контроля Верховного Жреца и культа, а вот уйти от козней Врага окончательно в этой жизни невозможно, да они и не старались. Им ведь не нравился лишь действующий режим, а не его философия. Идею они и сейчас недолюбливают.

— Вы любите всюду добавить ложку дегтя, – поморщился ученик. – Они же присоединились к Союзу Мира!

— Да, но не к учению Идеи. Не путай религию с политикой, это совершенно разные вещи. Именно поэтому там и нужны миссионеры вроде меня. Чтобы улучшить ситуацию.

— Я-то все равно знаю, что там дела идут отлично.

— Ты там даже ни разу не был! – усмехнулся Квес и потрепал его по макушке. – А я бывал. И там не так хорошо, как тебе кажется. Поэтому я и предлагал тебе остаться. Ты можешь решить остаться хоть прямо сейчас.

— Еще чего! Что я тут не видел-то? – хмыкнул ученик.

Они дошли до развилки. Теперь Квесу надо было идти в одну сторону – в корпус служителей, а ученику – в другой, ученический.

— Встречаемся у выхода через полчаса, – сказал Квес и пошел в свою сторону.

Ученик остановил его, взяв за руку.

— Простите, что спрашиваю, но не могу сдержаться. А мы сможем попасть в то место, где Рглия произнесла свое пророчество?

Квес помрачнел.

— Нет, не сможем. Это было на другом острове. А экскурсий к себе враги не водят. К сожалению…

* * *

Квес пошел дальше, с головой уйдя в свои мысли. Ученик посмотрел ему вслед и направился в свою сторону. Он не стал приставать к учителю, ведь знал, что он мрачнеет от любого упоминания Рглии, которую официально было разрешено называть Лией. И конечно, Квесу было обидно, что среди тысяч людей, которые отделились от врагов, уже не было Рглии. Да и ее семья осталась на одном из четырех островов, оставшихся под властью врагов. Неизвестно даже, остались ли они живы. Никаких официальных данных по этому поводу не было, но все догадывались, что родственники Лии были мертвы, потому что преступление, совершенное этой девушкой, было слишком тяжким.

Скорее всего, они хотели присоединиться к освободившимся людям, но им не дали шанса это сделать. Хорошо хоть, что благодаря множеству свидетелей текст пророчества Лии оказался известен почти дословно.

Теперь этот текст – единственное, что осталось от Лии и ее семейства. Пророчество девушки было официально признано истинным на Святом Поясе, и потому стало частью учения Идеи.

Хотя Квес ото всех скрывал одну черту своего поведения, но ученик все-таки знал, что его учитель перечитывает текст пророчества Лии как молитву каждое утро, как только просыпается, причем часто делает это со слезами на глазах. И только после вдумчивого прочтения текста он находит в себе силы подняться с постели и начать свой обычный день.