Книга Аромат апельсинов, страница 80 – Кэти Джордж

О, если бы я только знала, о чем говорится в этих книгах!

Я уже решаю вернуть их на место, потому что не годится, если мистер Руфус застанет меня (и книги) в таком виде, но в этот момент скрипит дверь.

Поздно!

— А, Нэнси! – восклицает он, входя, словно его не было много часов, хотя на самом деле с тех пор, как он ушел наверх, кажется, не прошло и одного.

Почему ему явно так неловко рядом со мной? Потому что он сам пришел ко мне? Потому что сказал, что будет работать, но его занятие не заняло слишком много времени? Или потому что не мог оставаться один?

Он затягивает пояс халата, разглядывает книги, разложенные на столе, и озадаченно смотрит на меня.

Взяв один из томов, я стучу им по краю стола и изо всей силы дую на обложку, поднимая в воздух облако пыли.

— Грязные, – поясняю я.

— Действительно, – соглашается он.

— У вас есть тряпка? Я их протру.

— Ты не против протереть их?

— А почему бы и нет?

— Пока ты здесь, ты должна вести себя как леди…

— Пфф! А кто узнает, что это не так?

— Посмотрим, – улыбается он и снова исчезает.

Когда он возвращается, я уже вынула многие книги и разложила их на столе для протирки.

Он ставит на стол таз с теплой водой и вручает мне старую тряпку – остатки мужской рубашки. А из кармана достает… апельсин!

Та-дам!

Не проронив ни слова, мистер Руфус начинает чистить плод.

Я перекладываю и отряхиваю книги от пыли, а потом, макнув тряпку в воду, отжимаю ее и начинаю протирать переплеты, но едва могу сосредоточиться на работе.

Воздух наполняется цитрусовым ароматом. Краем глаза я вижу длинную изогнутую полоску кожуры, спускающуюся из рук мистера Руфуса. Значит, он умеет чистить апельсины. Я представляю себе сок, свежий и терпкий, наполняющий рот, и чувствую, как текут слюнки.

Он разламывает плод пополам двумя большими пальцами и протягивает мне половину. Я беру ее с беззаботным видом, словно мне все равно, но не думаю, что мне удалось его обмануть, потому что он отламывает дольку и смотрит, как я расправляюсь со своей частью.

— Вкусно, да? – спрашиваю я, еще не дожевав.

— Очень, – соглашается он, глотая, и отправляет в рот еще кусочек. – У тебя какие-то сложности с апельсинами?

— У меня?

— Я обратил внимание на твое увлечение ими, – улыбается он. – Весь завтрак ты с него глаз не сводила.

Я отвожу взгляд и медленно жую. Не собираюсь говорить ему, что всего лишь в третий раз в жизни ем апельсин.

Интересно, а сколько раз их ел он? Может быть, и не припомнит. Интересно, есть ли у него связанные с этим истории? Я ведь многого о нем не знаю. Многого не знаю, но все же полностью доверяю. Как так?

Мистер Руфус откладывает кожуру и, взяв другую тряпку, начинает отряхивать страницы книг и протирать обложки.

Чистые книги мы откладываем в сторону, и в процессе работы я время от времени поглядываю на полки. Я уже заметила, что книги расставлены там в определенном порядке. В основном слова написаны – вернее, напечатаны – на верхней трети корешка книги. Об этом важно помнить, потому что, если я поставлю их неправильно, вверх ногами, мистер Руфус поймет, что я не умею читать.

Поэтому я начинаю возвращать книги на полки, внимательно следя за тем, чтобы текст (наверное, название книги) всегда был в верхней половине.

А мистер Руфус время от времени, отрываясь от протирки, поглядывает на меня и лишь молча улыбается, так что, наверное, я все делаю правильно!