Онлайн книга «Добрая мачеха»
|
— Нет. В собственном сне, пусть кошмарном, у меня все еще достаточно власти. — Я тебе… – хрипло, будто его душили, заорал Антип, силясь встать на ноги. – Я тебе, курья башка, нутренности отшибу, седмицу ходить не сможешь! Веди Акульку! Веди, а не то… Он с трудом поднялся, схватился за спинку стула, под его весом затрещавшего. На меня Антип смотрел с такой ненавистью, что я поняла – да, он меня изобьет до смерти, как только эти четверо уберутся. Я буду сопротивляться, может, мне повезет от него удрать, но тогда три девочки останутся с ним один на один. Старуха им не защита, даже наоборот. — А не приведешь… – Антип повернулся к мужикам, и на лоснящейся харе была намалевана сальная сытость, – не приведет Акульку, так саму Марьяшку берите. В наступившей тишине я слышала гаденькое хихиканье старухи, похожее на скрип несмазанных ворот, и размеренное тиканье ходиков. Руки и ноги сковал озноб, я на мгновение прикрыла глаза и решила, что наркоз уже ослабевает и вот-вот я приду в себя. — Ты, Антип, – неуверенно дернулся толстый мужик, – гляди, тоже тронутый? Марьяшка же мужняя. Куда ее в жены? — А и не в жены, – выдохнул Антип, переводя осатанелый взгляд с меня на незваных гостей. – Глядишь, посмирнее станет. А нет, так выкиньте ее в подворотне, одно от нее ни приплода, ни проку нет. Толстый мужик побледнел, парнишка в ужасе разинул рот, третий мужик, державшийся в стороне, вышел вперед, и я с тоской убедилась, что он еще здоровее Федора. Попробовать убежать? Допустим, у меня получится. А Акулина, что будет с ней? Великан отодвинул Федора, навис над Антипом, секунду подумал и так шарахнул кулачищем по столу, что дерево затрещало. — Подлый ты потрох! – удивился он, легко, как кутенка, приподнимая Антипа за шиворот. – Это что же, жену родную на потеху отдать готов? Это ты нас, почтенных купцов, за душегубов да за сквернавцев держишь? Это ты, волчий огрызок, девку за брата моего родного против ейного согласия отдавал? А? Марьяна, повтори как на духу – против? Антип дергаться не пытался, болтался в хватке гиганта покорно, словно вся жизнь его стояла сейчас на кону, но может, он недалек был от истины. Я облизала пересохшие губы, не веря, что купчина не только не поволок меня на поругание и не велел притащить девчонку, но и нешуточно из-за обмана рассвирепел. Это было, конечно, почти что чудо. — Против, батюшка, – со смиренным достоинством подтвердила я. Дышать получалось плохо, я все еще не верила в благополучный исход. – Акулина плакала, идти не хотела, милости у меня просила – «матушка, не губи». Матушка… неужели эта красавица, которой уже лет девятнадцать-двадцать, моя дочь? — А чего «не губи»? – с досадой хмыкнул Федор, посматривая на брата, который продолжал держать Антипа на весу, а я гадала – надолго ли их обоих хватит, Антип уже начинал синеть. – Ясно, девке-то я не люб… Но чтобы неволить – такое, – он состроил благостное лицо и вытянул указательный палец вверх, – Сущая Матерь не благословит. Чего, чего ты там, Антип, бормочешь? Брат Федора брезгливо стряхнул Антипа с руки, и тот, ощипываясь, как курица, мгновенно залебезил: — Сказала бы Акулька, что согласна, Фока! Куда бы она, дурная, делась? Да я ее приве… — А не спеши, – пробасил Фока Кузьмич и толкнул Антипа в плечо, тот екнул, но устоял. – Не спеши, задница свиная. Уговор какой был? Федор на Акулине женится, я тебе долг по-родственному прощаю. Так было дело? – он уставился на Антипа, тот согласно затряс головой. – А как девка доброй волей замуж идти не желает, так, значит, тому и не бывать. Иди-ка, обсудим с тобой дела, обговорим, иди, иди, разговор у нас будет долгий… |