Книга Добрая мачеха, страница 69 – Даниэль Брэйн

Отсчитывала деньги я сознательно долго, чтобы доктор не ушел прежде, чем я задам еще один вопрос.

— Моего мужа убили.

Доктор прищурился, нахмурил брови, видимо, сообразил, о чем речь, не сразу.

— Удавили, да. – Он кашлянул. – Я о том доложил куда надобно.

Он шагнул в пахнущее сеном тепло и закрыл за собой дверь, я постояла, послушала, как слуга открывает с противоположной стороны конюшни ворота и лошадь нетерпеливо ржет, и побрела к своей телеге.

Значит, Серафима желала мне зла. Еще тогда, когда я была заступницей-матушкой, а не злобной мегерой-мачехой, взявшей в осиротевшем доме власть. Если доктор не врет, но если кому и верить, так человеку, который ближе всего к материалистическому мышлению, – если он мне не врет, все меры к ограничению тени – посланника – бесполезны. Серафима, не по-детски умело скрывая свою ко мне ненависть, опасалась мести тени, а болтливая расстрига Маврушка наплела ей с три короба, как ярости моей заступницы с того света избежать. Добрый кучер, чьего барина хоронили с таким шиком, не исключение и тоже подвержен суевериям, в этом опять же ничего странного нет.

Но: Серафима желала зла мне или создавала себе хлипкое алиби, уже замыслив убить собственного отца? Она кстати вспомнила про стук, про тень, про предсказание смерти. Я, уезжая, оставила ее наедине с Мелитиной, но если что и произойдет, в этом не будет моей вины.

Я, конечно, себя корить буду долго, но я не могу отвечать за извращенный преступный ум. То, что я уже успела узнать и наверняка знает Акулина, а через нее и сестры – бабка в доме никто и звать никак, после смерти сына живет на птичьих правах, по здравом размышлении Серафиме убивать ее незачем.

И раз я приехала в город, нужно пополнить припасы и кое-что забрать в галантерейной лавке. То, что я собираюсь сделать, не роскошь, а насущная необходимость, я за прошедшее время наелась невыносимых неудобств.

Я старалась обернуться как можно быстрее и вернуться домой. Если буду достаточно расторопна, доктор еще не уедет и я смогу расспросить его про Антипа. Вспомнив одну из докторских просьб, прежде неудовлетворенных, я поднялась на крылечко, зашла в лавочку и разорилась на целый таллир «на сугрев». Может быть, доктор станет разговорчивее.

Село я изучила уже неплохо, поэтому решила срезать дорогу и пройти по жилой улочке до площади, где оставила лошадь. Погода стояла хмурая, под стать моему настроению, временами налетал злющий сырой ветер, и хотелось укрыться хоть на какое-то время от перепадов природного настроения. Ехать четыре версты, я промерзну, самой бы после не заболеть.

Из труб шел дымок, стелился по крышам, и пахло деревней и умиротворением. Мне даже на миг показалось, что все будет хорошо, потом я услышала словно чьи-то шаги, подскочила, оглянулась, и вроде бы кто-то действительно шел за мной, но успел спрятаться.

Вот это уже на редкость мнительный вздор, кому я нужна? Если и опасаться нападения, то в собственном доме, но как знать, как знать. Я, увидев тень, взмолилась местной богине – Сущей Матери. Я попросила ее помочь, она вняла по-своему, и моя родная мать по моей мольбе и воле божества обрела голос и плоть, обняла, утешила.

И дальше меня убережет.

Я шла, уже не обращая внимания на шаги. Всяк идет по своему делу. Из дома впереди вышел мужичок в треухе, вразвалку направился к дровнице, неторопливо принялся вытаскивать дрова. Шаги меня нагоняли, мужик размахнулся и глухо ударил по полену.