Книга Изменитель, страница 29 – Олег Шишкин

На пороге он резко обернулся к тестю и неприятно улыбнулся:

— Да! Я же совсем забыл, зачем приходил в действительности… Вот, возьмите, здесь приглашение на банкет в Кремле по случаю шестидесятой годовщины Октября. Приходите, товарищи из Политбюро и Комитета хотели бы вас видеть среди ветеранов. Может, с ними и поговорите о Кубе?

Гость протянул дону Балтасару алый пригласительный билет с рельефным гербом СССР и золотым профилем Ленина.

— А что будет в Кремле? – полюбопытствовал Толик.

— Во Дворце съездов премьера оперы Инцкирвели «Красный Октябрь». Арию Ленина исполняет Артур Рэйзен. Я был на генеральной репетиции и прямо вам скажу: поверил, что Ленин может так проникновенно петь. Это потрясающе. Певец смог передать даже легкое и такое обаятельное грассирование Ильича.

— Я прекрасно знаю Артурчика, – изумился Толик. – Он в роли Ленина? Это невероятно! У него же центральный бас.

— Меня это тоже вначале обескуражило, ведь исторически у Ильича был мягкий картавый баритон с легкой, но обаятельной гнусавостью, – стал рассуждать гость. – Однако на партийном собрании первички Центрального аппарата и потом уже на парткоме мне разъяснили, что я был в тисках заскорузлого шаблона и, как солдат боевого караула пролетарской диктатуры, должен смотреть намного далеко вперед. Рэйзен – логичный выбор для центральной премьеры этого года. Все советские артисты мечтают о такой роли. Но ЦК партии ревностно выбирает счастливцев. А то ведь, знаете, какой-нибудь антисоветчик пролезет в эту святую тему, а потом убежит и в Тель-Авиве набрешет с три короба про нас еврейским мудрецам. И пойдет тогда гулять по всем странам мира недобрый слушок о нас с вами. А нам же еще штурмовать великие высоты.

Фитиль, сделав прощальный жест, вышел из квартиры.

Когда дверь закрылась, тесть вернулся в гостиную. Он молча сел в свое антикварное кресло и задумчиво уставился на Толика.

— Что-то случилось? – поинтересовался зять.

Дон Балтасар качнул головой.

— Возможно, случилось. А может быть, еще нет. А где наша Кармен? Опять с кем-то болтает по телефону? Уже очень долго она мусолит всякую ерунду. А наш телефон могут слушать…

Едва он это сказал, как появилась и Кармен.

— Что там можно обсуждать? – заворчал дон Балтасар.

— А кто это приходил? – поинтересовалась Кармен.

— Из райсобеса. – Тесть и Толик обменялись многозначительными взглядами. – С пенсией моей хотят разобраться. Я же начал свой трудовой путь в Испании. Фашист Франко мне документы из Мадрида не пришлет. Он меня не любит. Считает, что я кое в чем виноват… – И тесть погрузился в молчание, давая понять, что разговор окончен.

Вот тогда Толик с Кармен дружно вышли на кухню, и он сказал жене:

— А я-то ведь, кажется, знаю этого человека, который сейчас приходил.

— Откуда? – насторожилась Кармен.

— Я его видел в гостинице «Октябрьской», где он пялился на меня своими змеиными очами.

От этой фразы Кармен стало трясти.

— Ты был там с Сосновским?

Толик кивнул.

— Я так и знала! Это все опасные люди! – в ужасе выпалила Кармен. – Берегись их!

— Прекрати! – Толик прижал ее к себе.

— Ты не понимаешь, что тут творится! – запричитала Кармен. – Демоны прошлого вернулись в наш дом! Они кружат над нами. И ты видел их посланца. Все это не к добру!

— А если я отправлюсь за призраком прошлого? Если я найду безумного идола? – предположил Толик.