Книга Ненужная избранница дракона, страница 179 – Виолетта Вейл

Кровавая клятва треснула.

Не исчезла полностью — такая боль не исчезает за секунду. Но перестала быть дверью.

Эдмар побледнел.

Впервые по-настоящему.

Грозовое Зерцало вспыхнуло белым светом.

Королева поднялась.

— Эдмар Рейвендар, суд услышал ваши признания, ваши оправдания и видел попытку сорвать заседание через клятвы присутствующих. Грозовое Зерцало подтверждает?

Зеркало ответило:

— Ложь названа. Двери закрыты. Источник свидетельствует.

Нижний источник под нами ударил чистым синим светом так, что пол вспыхнул грозовыми линиями.

Эдмар медленно оглядел зал.

Людей, которые еще недавно могли стать его дверями.

Теперь они смотрели на него не как на спасителя, несшего грязь за них.

Как на человека, который слишком долго убеждал их, что грязь и есть закон.

Королева произнесла:

— Приговор по основным обвинениям будет оглашен после последнего свидетельства. Лиара Велисс, последнее отражение должно ответить: пытался ли Эдмар Рейвендар присвоить силу Велисс через королевский суд?

Все повернулись ко мне.

Вот финальный вопрос.

Не о прошлом.

О настоящем.

Я посмотрела на Эдмара последним отражением.

Его клятва самому себе была там: сохранить власть, даже если придется переписать всех. Но под ней, глубже, я увидела нечто, чего не ожидала.

Страх.

Старый, почти детский страх перед тем, что без контроля мир рассыплется, а он окажется никем.

Я могла сказать это вслух.

Унизить.

Раскрыть его слабость перед залом.

Но это не касалось преступления. Это было его тайной. Гнилой, но тайной.

Я сказала только:

— Да. Эдмар Рейвендар пытался использовать суд как законную дверь к последнему отражению. Он хотел добиться признания меня недостойной Велисс, чтобы оспорить право Дома Без Зеркал и переписать клятвы Грозового дома под видом защиты порядка.

Грозовое Зерцало подтвердило светом.

Королева ударила жезлом.

— Эдмар Рейвендар признается виновным.

Зал выдохнул.

Но Эдмар вдруг улыбнулся.

Тихо.

Почти спокойно.

— Виновным, — повторил он. — Да. Но не последним.

Пол под его ногами почернел.

Арвен крикнул:

— Круг!

Королевский круг вокруг Эдмара треснул изнутри. Не из-за его клятвы. Из-за чужой.

Ортансия.

Она стояла в ряду свидетелей, бледная, с мертвенно-спокойным лицом. Ее голубой камень был изъят, руки связаны, но на губах светилась клятва чести выше крови. Она отдала ее Эдмару полностью.

— Дом Астерваль помнит долг, — сказала она.

Мирена вскрикнула:

— Нет!

Синяя вспышка ударила от Ортансии к Эдмару.

Он не пытался бежать.

Он сделал хуже.

Шагнул к Грозовому Зерцалу и положил ладонь на раму.

— Тогда пусть суд увидит последнюю правду, — сказал он. — Без меня порядок все равно выберет нового хозяина.

Рама Зерцала почернела.

И из глубины поднялся не образ прошлого.

А Нижний источник.

С живой черной трещиной в самом сердце, которую мы не видели.

Спрятанной не в клятве Рейвендаров.

В королевской печати над источником.

Королева побледнела.

Впервые.

Эдмар улыбнулся ей.

— Я говорил, ваше величество. Не все руки видны.

Зал суда взорвался криками.

А Грозовое Зерцало произнесло:

— Последняя ложь принадлежит короне.

Последняя ложь принадлежит короне.

Слова Грозового Зерцала ударили сильнее любого приговора. Зал суда сначала взорвался криками, потом будто задохнулся. Люди смотрели то на почерневшую раму, то на королеву Элисанну, то на Эдмара, который стоял у Зерцала с ладонью на раме и улыбался так спокойно, словно не его только что признали виновным, а всех нас.