Книга Ненужная избранница дракона, страница 159 – Виолетта Вейл

— Я хочу дать показания против Эдмара.

— Вы уже дали часть, — сказала я.

— Нет. Настоящие. Я знаю, где он может взять свидетелей против тебя. Дом Астерваль хранит записи о случаях, где Велисс злоупотребляли свидетельством. Мать называла их «грязным серебром». Эдмар говорил, что если когда-нибудь Велисс снова поднимут голову, эти записи станут ножом.

Селена побледнела.

— Где они?

— В южном посольском доме Астерваль. Доступ через семейную печать.

— У вас есть?

Мирена горько улыбнулась.

— После вчерашнего? Нет. Меня, скорее всего, уже объявили позором семьи.

— Тогда почему вы уверены, что записи еще там?

— Потому что дом Астерваль слишком горд, чтобы уничтожить оружие, даже если оно может ударить по нему самому.

Я смотрела на нее, пытаясь понять, где в ее словах ловушка. Последнее отражение могло помочь, но я не открывала его без разрешения. Мирена заметила.

— Смотрите, если хотите.

— Вы разрешаете?

Она побледнела, но кивнула.

— Да.

Я открыла внутреннее зрение.

Ее клятвы были все еще спутаны, но теперь в них появилось что-то новое — тонкая бело-синяя нить: узнать, кем я являюсь без назначенной роли. Она была слабой, почти смешной по сравнению с привычными цепями нужности и гордости. Но она была ее собственной.

Лжи в словах о записях я не увидела.

— Вы говорите правду, — сказала я.

Мирена выдохнула так, будто боялась услышать обратное.

— Я пойду с вами.

— Нет, — сказала Селена.

— Да. Без меня дверь не откроется.

— Это может быть ловушка вашей семьи.

— Конечно. Но если Эдмар принесет эти записи на суд первым, он выставит Велисс чудовищами, а себя — человеком, который пытался защитить драконов от древнего произвола. Вам нужны эти записи раньше него.

Она была права.

Снова.

Я уже начинала ненавидеть, как часто наши враги и бывшие враги говорят полезные вещи.

— Королева должна разрешить, — сказала я.

— Я уже попросила.

— И?

— Она сказала: если Лиара Велисс согласится.

Я почти рассмеялась.

Королева Элисанна умела перекладывать выбор так изящно, что его не сразу узнаешь как испытание.

— Почему вы хотите помочь? — спросила я.

Мирена посмотрела в окно.

— Потому что если я не найду, где во мне мое, мне придется признать, что я так и останусь чужим украшением с острыми краями.

— И еще?

Она долго молчала.

Потом сказала:

— Потому что я видела Эйру в зеркале. И впервые поняла, что моя мать убила не соперницу, не политическую помеху, не неправильную женщину. Она убила человека, который защищал своего ребенка. А я… — голос у нее дрогнул. — Я вчера почти сделала с тобой то же самое другим способом.

Тишина стала тяжелой.

Селена отвела взгляд.

Я не стала смягчать.

— Почти.

Мирена кивнула.

— Поэтому я не прошу прощения. Я еще не имею права. Я прошу дать мне сделать то, что полезно.

Вот это я могла принять.

Не раскаяние ради красивой сцены. Не внезапную дружбу. Не слезы, которые должны все смыть. Полезное действие.

— Хорошо, — сказала я. — Но с нами пойдут Рейна, Арвен и королевская стража.

— И Каэл?

Я помолчала.

— Нет. Если это дом Астерваль, вы должны войти туда не как тень его выбора.

Она подняла глаза.

Впервые в них мелькнуло не раздражение.

Понимание.

— А ты?

— А я войду не как женщина, которую вы пытались заменить. А как Велисс, которой нужны записи.

— Это может быть опасно.