Книга Шах и мат, страница 191 – Джозеф Шеридан Ле Фаню

— Вы говорите загадками; сделайте милость, выражайтесь яснее.

— Леди Мэй, если вам угодно, является одной из тех дам, которым сэр Ричард намерен оказать честь, предложив руку и сердце.

— И вы думаете, будто я поверю, что сэр Ричард Арден настолько глуп – что он не просто составил список подходящих невест, но еще и зачитывает его своим приятелям, демонстрируя глубину здравомыслия и хороший вкус?

— Именно так, мисс Мобрей. Расскажу вам всю историю. Сэр Ричард проигрался вдрызг – учтите данный факт, он является ключевым. Сэр Ричард разорен; разорен окончательно. Дядя его в отъезде; а впрочем, едва ли человек, у которого есть хоть капля здравого смысла, пожелает рассчитаться с долгами сэра Ричарда. Натурально, он обратил взоры на более мягкосердечный пол; на пол, представительницы коего не столь сильны в арифметике. Сэр Ричард намерен по очереди уламывать всех неравнодушных к нему прелестниц – вдруг да согласится какая-нибудь из них взвалить на себя его долги – на правах законной жены, конечно.

— По-моему, мистер Лонгклюз, вы недолюбливаете сэра Ричарда; и вообще, у этой истории подозрительно много общего с сюжетом «Виндзорских насмешниц».

— Безусловно, сэр Ричард мне неприятен. Безусловно и другое, – мистер Лонгклюз холодно усмехнулся, – что, будь он мне приятен, я бы его не выдал. Но безусловно и третье, а именно что вся история до последнего слова – чистая правда. Если вы позволите мне нанести визит через пару-тройку дней, я из ваших собственных уст услышу, что сомнений у вас не осталось.

Мистер Лонгклюз выдал эту фразу, не поднимая взора, но на губах его играла тонкая многозначительная улыбка. Мисс Мобрей слегка покраснела; по мере того как лились Лонгклюзовы слова, румянец делался гуще. Наконец, глядя не на гостя, а в окно, молодая леди со смешком спросила:

— Но как же мы узнаем, что сэр Ричард и впрямь предлагал руку леди Мэй?

— Вероятно, такой вывод нам поможет сделать свадьба, – рассмеялся мистер Лонгклюз. – Ибо сэр Ричард непременно женится на леди Мэй, если только его не перехватят по пути к ее дому.

— Чуточку неосторожно с его стороны было показать вам список, не правда ли? – пропела Грейс Мобрей.

— А я разве сказал, что видел список лично? Ничего подобного. Будь в этом деле хотя бы намек на конфиденциальность, ничто на свете не вынудило бы меня разгласить тайну. В настоящее время мы с сэром Ричардом даже не разговариваем, однако он в своей невероятной самонадеянности подослал ко мне мистера Блаунта – это подчиненный вашего опекуна, мисс Мобрей, и в его отсутствие ему переданы все полномочия. Так вот, мистер Блаунт имел задание – надавить на меня, чтобы я поручился за сэра Ричарда. С присущей ему прямотой, столь нужной в данном деле, мистер Блаунт сообщил о матримониальных планах, осуществление коих позволит сэру Ричарду буквально в считаные дни возместить потери, понесенные за игрой в рулетку, вист и кости.

— Ах! Я слышала, что мистер Блаунт очень честный человек.

— Это верно: честнейший. Такой не солжет ни при каких обстоятельствах, насколько я понимаю, – подтверждает мистер Лонгклюз.

Ненадолго повисает пауза; мисс Мобрей прерывает ее смешком.

— Поистине, что ни день, то открытие. Можно ли было вообразить, чтобы джентльмен пал столь низко?