Книга Измена дракона. Ненужная жена больше не плачет, страница 51 – Ангелина Сантос

— Есть испытание белым льдом, — продолжил он. — Старый способ проверки права супруги. До Сердца идти не нужно. Достаточно выйти на северную площадку башни и приложить ключ к чаше испытания. Если метка настоящая, лед покажет путь к первичной клятве. Если нет…

— Что будет, если нет? — спросила Марина.

Кай тихо сказал:

— Обычно после этих слов начинается самое интересное.

Орден поправил рукав.

— Если знак ложный, белый лед заберет тепло из крови.

Мира, стоявшая у двери, охнула.

— То есть убьет? — уточнила Марина.

— Не сразу, — ответил Орден.

— Благодарю, утешили.

Ферн развернулся к Эйрану:

— Милорд, я запрещаю.

Эйран даже не посмотрел на него.

— У вас нет такого права.

— Зато есть здравый смысл. У кого-то же в этом доме он должен быть.

Марина медленно положила ключ на стол.

— Когда можно пройти испытание?

— Не сегодня, — сказал Эйран.

— Я спросила Ордена.

— Я ответил как глава рода.

— А я спрашиваю как женщина, которой через семь дней могут выжечь метку.

Его взгляд стал тяжелым.

— Вы едва стоите.

— Поэтому пойду завтра.

— Нет.

— Эйран.

Он шагнул к ней ближе.

— Вы не понимаете, что такое белый лед. Это не архивная загадка. Он не просто проверяет право. Он поднимает страх, вину, слабость, все, что человек прячет под кожей. Многие здоровые драконьи супруги падали на первом круге.

— А многие выживали?

— Да.

— Значит, есть смысл попробовать.

— Не вам. Не сейчас.

Слова ударили не хуже пощечины.

Марина выпрямилась.

— Не мне?

Он понял ошибку мгновенно, но уже поздно.

— Я не это имел в виду.

— Нет, именно это. Не мне. Не слабой Ливии. Не ненужной жене. Не женщине, которая вчера лежала в крови, а сегодня еще смеет спорить с драконами, советами и древним льдом.

— Я говорю о вашем состоянии.

— Все в этом доме говорят о моем состоянии, когда хотят отнять у меня действие.

Эйран сжал пальцы.

— Я пытаюсь сохранить вам жизнь.

— А я пытаюсь сделать так, чтобы эта жизнь наконец принадлежала мне.

Кай перестал улыбаться.

Орден осторожно закрыл книгу. Комната первой супруги будто слушала.

Ферн пробормотал:

— Вот теперь точно надо всем дать успокоительное.

Эйран резко отвернулся. На стене за его спиной дрогнула тень, вытянулась, стала крылатой. Он сдерживал дракона, и это было видно даже Марине, которая еще плохо понимала местную магию.

— Завтра, — сказал он наконец.

Марина молчала.

— Завтра на рассвете. До этого вы отдыхаете. Пьете все, что даст Ферн. Не спорите с Мирой. Не пытаетесь тайно искать зеркала, ключи, умершие дома и прочие поводы умереть раньше Совета.

— Много условий.

— Единственные, на которых я не запру северную башню стражей.

Она прищурилась.

— Попробуете?

Он посмотрел на нее.

— Не испытывайте меня.

— А вы меня.

Кай тяжело вздохнул:

— Удивительно, но это начинает звучать как брачный разговор.

Эйран и Марина одновременно повернулись к нему.

— Молчу, — сказал Кай и поднял руки.

Комната первой супруги больше ничего не показала. Книга позволила Ордену снять копию страницы, но саму себя закрыть не дала: стоило архивариусу попытаться, страницы снова раскрывались на строке об измененной клятве. В конце концов он объявил, что спорить с древними женами бесполезно, и оставил книгу открытой.

Серебряный ключ Марина забрала с собой.

Эйран хотел было сказать, что реликвию лучше хранить в родовой сокровищнице, но посмотрел на ее лицо и не стал.