Книга Яд, что слаще мёда, страница 73 – Кассиан Маринер

— Лю, — я вернула чашку на поднос. — Что случилось? Почему он у Императора?

Помощник посмотрел на меня тяжелым взглядом.

— А вы не понимаете, госпожа Мо? — он назвал мою фамилию и я наконец вспомнила, что не замаскировалась в Нин Шуана. Но я и не хотела более в него играть. — Хозяин отдал Министру Фаню оригиналы документов по соляному делу. Все, ради чего мы рисковали жизнями, что мы собирали долгое время… и даже отдали главного свидетеля — главу контрабандистов. Все это теперь потеряно.

Я опустила глаза. Мне было прекрасно это известно, слушать это так напрямую было невыносимо.

— В обмен на меня, — прошептала я.

— В обмен на вашу жизнь, — жестко поправил Лю. — Но цена оказалась выше. Сегодня утром Министр Фань «случайно» обнаружил, что доказательства были утеряны при пожаре в архиве, а глава контрабандистов «скончался от ран» в тюрьме. Дело закрыто, Гуань Юньси чист и его теперь не поймать. И все это из-за вас.

— А Цзи Сичэнь? — спросила я, чувствуя, как холод страха сковывает внутренности. Я сжала одеяло здоровой рукой, чувствуя себя… ужасно.

— А хозяин сейчас стоит на коленях в Зале Высшей Гармонии, — голос Лю дрогнул от сдерживаемого гнева. — Потому что он поднял теневой отряд без приказа и ворвался в тюрьму Министерства Наказаний. Его обвиняют в превышении полномочий и самоуправстве. Гуань Юньси уже подал жалобу, что глава Тайной Стражи «похитил» преступника из тюрьмы.

— Похитил? Но Фань подписал приказ!

— Фань скажет то, что выгодно Гуаню. Бумагу можно уничтожить. Слово Цзи Сичэня против слова двух Министров... это ничто. — Лю отвернулся, пряча глаза. — Хозяин поставил на кон все, даже свою голову ради женщины, которая... — он не договорил, но я поняла, что он хотел сказать. «...которая того не стоит».

— Уходи, — сказала я тихо. — Оставь меня.

Лю поклонился и вышел, оставив меня одну. Вина навалилась на меня могильной плитой. Я хотела спасти его, сдавшись цензору, а в итоге я утопила. Цзи Сичэнь спас меня, но какой ценой? Он потерял власть, а без власти в столице Цзи Сичэнь практически мертвец. Враги, которых он копил годами, разорвут его на части.

Взглянула на свою искалеченную руку. Стоила ли я этого? Сломанная кукла, бывшая невеста врага и предательница рода. Никому ненужная безделушка. Спустила ноги с кровати и голова тут же закружилась, а пол качнулся. Но я смогла устоять. На мне была мужская рубаха Цзи Сичэня, доходящая мне до колен и скрывающая большую часть наготы.

Подошла к окну и отодвинула ставню, вглядываясь в темный двор. Дождь кончился, но ветер гнал по небу рваные тучи. Вдруг ворота открылись и въехал одинокий всадник. Цзи Сичэнь тяжело спешился, словно на его плечах лежал груз в сотню горных камней, бросил поводья подбежавшему конюху и пошел к дому, глядя под ноги.

Я отшатнулась от окна. Сердце забилось где-то в горле, желая увидеть его. А главное — он вернулся живым.

Через несколько минут я услышала тяжелые шаги в коридоре и двери открылись. Цзи Сичэнь вошел в покои, остановившись на пороге и посмотрел на меня. Его вид навевал на меня ужас. Бледный, с запавшими глазами, вокруг которых залегли черные тени, на скуле играли желваки, в глазах был вызов. Гнев и злость, заставляющие держаться на ногах, даже когда уже невозможно.