Книга Измена! Это (не) твой ребенок!, страница 8 – Мила Романова

Алиса, почувствовав напряжение, спряталась за мои ноги, но её любопытный взгляд всё равно изучал незнакомого мужчину.

— Как ты… Как ты нашёл нас⁈ — хрипло выдохнула.

— Это несложно, когда у тебя есть деньги и связи, — он сделал шаг, сокращая расстояние, и я почувствовала, как моё тело напряглось, готовое к борьбе. — Уволена, Емельянова. А теперь слушай меня внимательно, потому что я не собираюсь повторять, — он перешёл на жёсткий ультиматум и мой сердце понеслось вскачь от дурного предсчувствия.

— Ты никуда не сбежишь. Твои попытки убежать с работы были милыми, но бессмысленными.

Кирилл указал на чемоданы.

— Твои вещи собраны. Эти двое, — он кивнул на охрану, — сопроводят вас до порога моего дома, даже если ты будешь вырываться. Ты поймёшь, что значит быть моей собственностью. Ты будешь моей личной помощницей. С проживанием в моём доме. — он произнес это последнее слово с намёком на его богатство, на которое я так долго плевала.

— Нет! — я твердо посмотрела на него. — Я не соглашусь на это, Бровинский! Не вернусь в золотую клетку. И ты не заберёшь Алису, я вызову полицию! Ты врываешься в мой дом, уходи!

— Полицию? — он холодно усмехнулся. В его глазах не было ни капли прежнего Кирилла. Только сталь. — Дерзай, Настя. Я скажу, что ты — моя жена, которая сбежала четыре года назад, украв у меня ребёнка. Я расскажу всем о твоей измене, которую ты сама мне подтвердила!

Он нагнулся, чтобы его голос стал тихим и ядовитым, обращённым только ко мне.

— Я уничтожу твою репутацию. В суде я докажу, что ты неадекватная мать, которая прячет ребёнка, и погрязла в кредитах. Я смогу, Настя. Раздавлю тебя и лишу родительских прав. Или…

Его взгляд переместился на Алису, которая, чувствуя всю эту ужасную энергетику, прижалась к моей юбке, искоса поглядывая на большого, страшного дядю.

— Или ты работаешь на меня. Ты будешь жить под моей крышей, работать под моим контролем. И главное — ты будешь рядом с дочерью.

Бывший муж знал, куда бить. В защиту ребёнка.

Мой взгляд упал на испуганное, дрожащее личико Алисы. Если он начнёт эту войну, у меня нет шансов. Он заберёт её. Он уничтожит меня. Я не имела права рисковать.

— Хорошо, — моё слово прозвучало как приговор. — Я согласна. Но ты не смеешь подходить к ней…

— Условия буду ставить я, Настя, — перебил он, и в его глазах вспыхнул огонёк триумфа. — Не ты.

Бровинский хлопнул в ладоши, и его телохранители тут же подхватили наши чемоданы.

— Мы едем. — Он кивнул на дверь. — Сейчас.

Я взяла Алису на руки. Мой ребёнок — она моя цель, моя бесконечная любовь. Посмотрела на Кирилла, прямо ему в глаза.

Он забирал нас силой своей власти и богатства, возвращая меня в золотую клетку. Но на этот раз я не была той наивной дурочкой.

Нет! Я была матерью. И я сделаю всё, чтобы этот зверь не отобрал моего ребёнка.

Мерседес цвета вороньего крыла бесшумно скользил по асфальту загородного шоссе. Я сидела, прижимая Алису к себе, и смотрела на проплывающие мимо, нереально красивые пейзажи. Каждая минута этого пути была пропитана ощущением безысходности.

Я ехала в тюрьму, а не в дом бывшего мужа.

Кирилл сидел спереди, разговаривая по телефону. Он говорил тихо, но каждое слово, доносящееся из передней части салона, звучало как приказ.