Книга Леди и повеса, страница 39 – Лоретта Чейз

Вряд ли она учила греческий. За исключением редких случаев – как с его невесткой Дафной, – классические языки не включались в программу для барышень. По опыту Дариус знал, что чем выше дама стоит на социальной лестнице, тем меньше для нее значит эрудиция или даже ум. Это можно легко проверить.

— Вот мне интересно, куда лучше всего поставить томик греческой эротической поэзии? – спросил он.

Она поглядела на книгу, и по ее реакции Дариус определил, что по-гречески она читает не лучше, чем он разбирает древнеегипетские иероглифы. Ее лицо еще гуще залилось румянцем. И шея тоже.

На ней было закрытое платье с массой рюшек и оборок в верхней части. Однако она расстегнула несколько узелков спереди, отчего стала видна узкая полоска шеи. Некогда обильно накрахмаленный лиф свободно висел. Шарлотта собрала вместе свисавшую ткань и обмахивалась ею. От этого стала рельефно видна ее грудь и стекавшие по ней капельки пота.

— На букву «И», – ответила она.

— На «И», – безучастно повторил он. В тот момент он мог думать только об одном.

Он ощущал приятный пряный аромат. Именно такие запахи в царстве зверей влекли собак подкапываться под заборами и перепрыгивать высокие стены: запахи разгоряченной самки.

Он достал платок.

— Быть может, вы захотите вытереть… э-э-э… кое-что… – проговорил он.

— Благодарю вас. – Она взяла платок.

Он посмотрел на полки у нее за спиной. Он увидел, что там все не так, совсем не так, но разум у него был заторможен, и он не понял, что именно не так.

Он отчаянно пытался сосредоточиться.

— «И», – произнес он. – Греческая – это на «Г», поэзия – на «П», а эротическая – на «Э».

Шарлотта вытерла лоб платком.

— «И» значит иностранная литература, – подсказала она.

— «И» значит иностранная, – повторил он.

Она кивнула.

Дариус огляделся по сторонам. Заморгал, потом подошел к полке и уставился на книги.

— Вы расставили их по алфавиту, – отрешенно произнес он.

— Да, – весело отозвалась она.

— По названиям, – добавил он.

— Да, за исключением иностранных. Я думала расставить остальные по авторам, но решила, что по названиям вы все запомните легче.

Он повернулся и посмотрел на нее. Явно думая занять его чем-то другим, она ослабила лиф и обмахивала платком грудь.

«Придется ее убить», – подумал он.

Это переходило всякие границы. Это просто дьявольщина какая-то.

Он сжал челюсти и снова поглядел на полки.

— Тут много книг на букву «О», – ровным тоном заметил он. – «Основы естественных и политических законов», «Основы домоводства и садоводства», «Основы химии»…

— Да, поразительно, как много тут таких, – бойко согласилась Шарлотта. – Но на букву «Н» книг тоже немало. – Она шагнула к полке и прочла: – «Научные основы природоведения», «Научные принципы морали», «Научный подход к травматологии». – Она махнула рукой на соседние полки. – На «П» тоже масса всего: «Положение» о чем-то таком.

— А на «И» иностранная литература, – сказал он.

— Да, – с улыбкой ответила она.

— Леди Шарлотта… – начал Дариус.

— Прошу вас, не благодарите меня, – проговорила она. – Уверяю вас, работа доставила мне истинное наслаждение.

Она вернула ему платок, положила томик Гомера на стопку книг и вышла.

Дариус смотрел ей вслед, бедра ее покачивались, платье облегало тело.

Когда ее шаги стихли вдали, он огляделся по сторонам. Раскрытые ящики, пустые, полупустые, не повернуться. Какие-то лежали вверх дном. Сверху громоздились горы книг. Полки на буквы «К», «Н» и «П» прогибались под тяжестью томов. На других буквах стояло по два-три фолианта.