Онлайн книга «Кто шепчет в темноте?»
|
— Ладно. В таком случае подбросьте нас к станции метро «Пикадилли-Сёркус». Дверца машины хлопнула. Покрышки шаркнули по мокрому асфальту. Барбара, забившись в дальний угол сиденья, заговорила тоненьким голосом: — Вы бы с удовольствием прибили меня, да? – спросила она. — Последний раз говорю, милая моя: нет! Напротив. Нашу жизнь так исковеркали, что радуешься любому пустяку. — О чем это вы вообще? — Судья Высокого суда, политик, несколько других важных персон были ловко одурачены и остались с носом. Разве вы не пришли бы в восторг, если бы услышали – чего точно не услышите никогда, – что некая Важная Шишка не смогла заказать номер или была отправлена в конец очереди? Девушка подняла на него глаза. — А вы милый, – серьезно сказала она. Это несколько вывело Майлза из равновесия. — Тут речь не о том, что́ вы считаете милым, – резко возразил он. – Тут речь о Ветхом Адаме. — Но бедный профессор Риго!.. — Да, получилось немного невежливо по отношению к Риго. Мы обязаны найти способ как-то загладить вину перед ним. Все равно!.. Я понятия не имею, как вы это провернули, мисс Морелл, но я очень рад тому, что все так устроилось. Вот только есть два момента. — Какие еще моменты? — Во-первых, я считаю, вам следовало довериться доктору Феллу. Он великий человек, он с сочувствием отнесся бы ко всему, что бы вы ему рассказали. А как бы он насладился этим делом о невозможном убийстве на башне! Только, – прибавил Майлз, проникнувшись непостижимыми странностями этого вечера, – если это действительный случай, а не фантазия и не мистификация. Если бы вы рассказали доктору Феллу… — Но я даже не знакома с доктором Феллом! Об этом я тоже солгала. — Это не важно! — Это как раз важно, – возразила Барбара и крепко прижала ладони к глазам. – Я никогда в жизни не видела никого из членов клуба. Но, понимаете, у меня была возможность узнать все их имена и адреса, и я выяснила, что профессор Риго будет выступать по делу Брука. Я позвонила всем, кроме доктора Фелла, назвавшись секретарем доктора Фелла, и сказала, что ужин переносится. Затем я связалась с доктором Феллом в качестве представителя президента клуба. А потом уповала уже только на Небеса, чтобы этих двоих не оказалось дома сегодня вечером, если кто-нибудь действительно позвонит, желая уточнить информацию. Она умолкла, глядя прямо перед собой в стеклянную перегородку за сиденьем водителя, а потом медленно прибавила: — Я сделала это не шутки ради. — Понимаю. Об этом я догадался. — Правда? – воскликнула Барбара. – Это правда? Такси тряхнуло. Фары, непривычно яркие без затемнения, несколько раз залили заднее сиденье машины светом сквозь грязноватые, подернутые дождевым туманом окна. Барбара повернулась к нему. Уперлась для надежности рукой в стекло, отделяющее их от водителя. Мучительная тревога, просьба о прощении, непонятное замешательство и – да! – очевидная симпатия к нему явственно читались на ее лице, как и желание сказать ему что-то еще. Однако это «что-то еще» она так и не произнесла. И спросила лишь: — А другой момент? — Другой момент? — Вы сказали, есть два момента, почему вы сожалеете о случившемся – о той глупости, какую я учудила сегодня вечером. Что за второй момент? — Ах да! – Он старался держаться легко и непринужденно. – Да будь оно все неладно, но меня здорово заинтересовало это убийство на башне! Поскольку профессор Риго, очевидно, не захочет говорить ни с кем из нас… |