Книга Элегия, страница 95 – Лу Цюча

— А пруд, оказывается, такой маленький, – сказала она.

— Просто вы выросли.

— Представляете, госпожа Лю, однажды я тут чуть не утонула. Мне было всего восемь или девять лет, я приехала в приют пару месяцев назад. Меня спасла подруга. Но сама она умерла.

Хотя пруд и был маленьким, но дна было не разглядеть. Глубина, наверное, метра два-три. Тут даже взрослый человек может утонуть, если плохо плавает.

— Мы с Лили тайком прибегали на пруд играть. Об этом месте знали только мы вдвоем, – продолжала она. – Это я виновата, случайно поскользнулась и упала в воду. Я не умела плавать, а Лили умела, но чуть-чуть. Она сразу прыгнула, чтобы спасти меня, и вытолкнула меня на мель, но сама ушла под воду. Я побежала позвать взрослых, но было слишком поздно. Ее похоронили на том пустыре, который мы проходили по пути сюда.

— Зачем вы мне это рассказали?

— А кому мне еще рассказывать? – Тон Гэ Линшу оставался все таким же ледяным, и лицо не выражало ни тени эмоций. – Из тех, кого я знала в приюте, никого не осталось: Лили, Ачжу, брат Ланшэн – только я одна жива. Знаете, госпожа Лю, я ведь не хотела сегодня надевать этот наряд, попросила госпожу Ван одолжить ее черное платье. Но она сказала, что оно не подходит к сегодняшнему случаю, и велела слугам перешить на меня вот этот ее наряд…

— Раз приют не подарил вам никаких хороших воспоминаний, почему же вы настояли, чтобы приехать сюда?

— Сама не знаю, просто чувствовала, что нужно здесь побывать.

— Может, эти двадцать тысяч юаней помогут улучшить условия жизни воспитанников – тогда ваша поездка будет не зря.

— Остается только надеяться на это.

Перед отъездом Гэ Линшу не пошла в кабинет настоятеля попрощаться, просто попросила одну из монахинь передать ему, что уезжает.

Сев в черный «Форд», она почти сразу уснула, а может, просто притворилась, чтобы со мной не разговаривать. Спала она очень изящно: опершись щекой на левую руку, тыльной стороной правой ладони поддерживая левый локоть и слегка наклонившись всем телом вперед. Она не просыпалась, пока мы не приехали в поместье Гэ, и ни разу не упала на меня.

Мы вошли в гостиную, где Гэ Линъи играла на рояле все те же произведения Шуберта. Увидев нас, она побежала навстречу, но ее лицо немного порозовело, словно она была очень недовольна своей игрой.

Гэ Линшу поздоровалась с двоюродной сестрой и, потирая заспанные глаза, сказала, что пойдет в свою комнату и еще немного поспит.

В гостиной остались только я и Гэ Линъи.

— Госпожа Ван велела передать вам это.

Она взяла лежавший на фортепиано конверт и протянула мне. Я вытянула руку, но она медлила и не разжимала свою.

— Госпожа Лю, могу ли я тоже нанять вас на один день? На следующее воскресенье…

— Нанять меня для чего?

— Вам ничего не придется делать, просто придете к нам в гости.

— Я все-таки частный сыщик, а не куртизанка, я не хожу по гостям за деньги.

— Мне нужно кое-что с вами обсудить. – Она покраснела. – Я могу обсудить это только с вами.

— Раз зовете в гости, то просто пригласите меня, к чему тратить деньги и нанимать меня на работу?

— Верно, да. Так вы придете, госпожа Лю?

— Вам однажды досталось от матери по моей вине, так что я перед вами в долгу, – сказала я. – Если приглашаете, я не могу отказаться.

— В следующее воскресенье вы свободны?