Книга Элегия, страница 73 – Лу Цюча

— Здесь пятьдесят тысяч юаней, – коротко, не терпящим возражений тоном сказал он.

— Вы так спокойно отдаете мне деньги?

— С вами пойдет Циюань.

— Прекрасно. Если вы спокойны, то и я тоже.

Госпожа Ван действительно была самой подходящей кандидатурой. Гэ Тяньси ей доверяет, а похитители не примут за полицейского. А самое главное – она занимает определенное положение в обществе и не будет лезть на рожон ради каких-то пятидесяти тысяч. В последнем мы с ней не похожи.

— Что вам удалось выяснить?

— Похитители, скорее всего, прячут заложницу в одной из лачуг, что на берегу реки. Точное местоположение я не знаю. Если они заберут деньги, но не освободят ее, лучше сообщить в полицию, чтобы они организовали в трущобах поиски. Сейчас на такой риск идти не стоит.

— Ясно. У меня встреча с господами из Нанкина, мне пора, – сказал он, вставая, и посмотрел на госпожу Ван. – Вы вдвоем займитесь этим делом и не подведите меня.

Гэ Тяньси ушел, и в гостиной остались только мы с госпожой Ван да служанка, которая все так же пряталась за ширмой. Все происходящее казалось повторением вчерашнего дня с той только разницей, что на кофейном столике лежал набитый деньгами портфель.

— Откроем посмотреть? – сказала госпожа Ван, подошла ко мне и села на второй виндзорский стул.

Она развернула портфель в нашу сторону, расстегнула молнию и вытащила пачку новеньких серебряных юаней, каждая банкнота номиналом сто юаней. Если я тайком вытащу из-под низу одну – смогу жить без забот, ни в чем не нуждаясь, месяца два, а то и три. А в портфеле лежало пятьсот таких купюр.

— Как и договаривались, вы получите триста юаней в знак благодарности в случае успешного завершения дела. Но вчера мы с господином Гэ обсудили, что, поскольку вы берете на себя труд по передаче выкупа, сумма будет увеличена еще на двести юаней.

— А если я заберу себе этот портфель, то получу все пятьдесят тысяч, – сказала я. – Я ведь тоже подготовилась.

Я вытащила из сумки револьвер и показала ей, а потом сунула его в карман плаща. Я не смогу нести в руках и портфель с деньгами, и свою сумку, так что придется оставить ее в доме Гэ.

— Вы же шутите, госпожа Лю?

— Конечно шучу. Как самый простой мелкий буржуа, я боюсь за свою жизнь и ни за что на свете не стану так рисковать. Пусть даже всего одной купюры было бы достаточно, чтобы ни в чем не нуждаться до конца своих дней, у меня бы не хватило смелости на подобное.

— А я думаю, вы боитесь не за свою жизнь как таковую, а того, что придется вечно прятаться и опасаться.

— Верно, такая жизнь для меня страшнее смерти.

— Хорошо, что вы мне напомнили. Перед выходом я тоже захвачу с собой оружие.

— Тоже шутить изволите, госпожа Ван?

— Ну что вы, – усмехнулась она. – Если бы я любила пошутить, как вы, вряд ли дожила бы до сегодняшнего дня.

Госпожа Ван показала мне свое любимое оружие: самозарядный пистолет 45-го калибра конструкции «Браунинга», производства компании «Кольт», магазин на семь патронов, способный пробить стальную плиту. Она при мне вставила патроны и положила пистолет в сумку темно-розового цвета. Сумка была большая, так что, помимо пистолета, в нее поместились еще кошелек и коробочка пудры.

Расположенная через стену от гостиной столовая резиденции Гэ была выполнена в чисто китайском стиле. Там стояли два стола: квадратный и круглый, из красного дерева; за круглым могли усесться человек десять, а за квадратным – всего четверо, и вообще он больше напоминал стол для маджонга. Госпожа Ван пригласила меня присесть за квадратный стол и велела повару приготовить жареную рыбу в кляре и капусту с шиитаке^[76].