Книга Элегия, страница 113 – Лу Цюча

Перед уходом я велела ей никому не передавать то, что я только что ей рассказала, и в первую очередь – ее дяде. Она нетерпеливо кивнула и пробормотала себе под нос: «Знаю я, знаю», – как будто я сказала какую-то глупость.

В кабриолете я помчалась в пассажирский порт, показала фотографию Гэ Линшу проверяющим билеты и порасспрашивала прохожих вокруг, но все безрезультатно. Потом поехала на железнодорожный вокзал – тоже без толку. В школу Святой Терезы я тоже съездила – разумеется, ее там не было. Я даже позвонила в приют – никто ее не видел.

Объехав весь город, к вечеру я вернулась в поместье Гэ и узнала о смерти Гэ Тяньси.

«Восточный вестник» на следующий день опубликовал его некролог, в котором было сказано, что он скончался накануне около полудня. Примерно тогда, когда я уехала из поместья Гэ, может быть, чуть-чуть позже.

Мне оставалось лишь надеяться, что его убили не новости, которые принесла я.

В десятых числах мая около полудня Гэ Линъи снова пришла ко мне в агентство. Я, как обычно, курила, стоя у окна, дверь была не заперта. На ней было траурное платье, сверху накинута почти полностью черная короткая накидка с капюшоном, на голове изящная черная шляпка, а на груди – овальная брошь с черной яшмой.

Она медленно подошла к письменному столу и достала из черной сумки конверт, такой толстый, что, казалось он вот-вот лопнет, затем бросила его на столешницу.

— Госпожа Лю, здесь две тысячи юаней, прошу вас их принять.

— Но вы же уже заплатили мне за все расследования, которые я вела.

— Это подарок в знак моей благодарности. Но я бы хотела, чтобы вы продолжили на меня работать.

— Не припомню, чтобы я сделала что-то, чем заслужила вашу благодарность.

— Вы выяснили правду.

— Эта правда убила вашего дядю.

— Неужели вы считаете, госпожа Лю, что я рассказала дяде все то, что вы узнали, поэтому он так скоропостижно скончался?

— Хотела бы я верить, что это не так.

— А даже если и так, вы не должны винить себя, во всем виновата эта самозванка.

— Ваш дядя за свою жизнь совершил немало дурного и получил по заслугам, за это я, конечно, себя не виню. Но и благодарить меня не стоит. – Я затушила сигарету о пепельницу и мельком глянула на набитый деньгами конверт. – И уж тем более дарить мне две тысячи в качестве «спасибо».

— Я хочу снова нанять вас на работу. Помогите мне найти эту самозванку.

— И как вы собираетесь с ней расправиться, когда найдете?

— Как ее наказать – это пусть судья решает.

— Госпожа Гэ, умоляю вас, бросьте это дело.

— Почему? – раздраженно сказала Гэ Линъи. – Если подумать, она с самого начала сблизилась со мной только для того, чтобы провернуть свою аферу, и так называемое похищение – наверняка тоже ее рук дело. А сейчас она наслаждается жизнью на пару со своим подельником на пятьдесят тысяч, которые они обманом выудили у семьи Гэ. И я должна все это стерпеть?

— Вы никак не сможете доказать, что то, о чем вы говорите, – правда. Даже если она действительно самозванка, тому нет весомых доказательств. В суд на нее вы можете подать только за то, что она стащила у вас четыреста семьдесят два юаня. Но если суд постановит, что она родная дочь вашего дяди, вы потеряете намного больше.

— Думаете, я не могу подкупить судью?

— Есть еще газеты.

— Да и газеты тоже.