Книга Тени над Ялтой, страница 24 – Валерий Шарапов

Пока Катя с раскрытым ртом осмысливала значение слов Никитина, Аркадий отвел Стеклова в сторону и сказал вполголоса:

— Послушай, хитрый затейник, у меня к тебе просьба: все, о чем ты мне рассказал, надо будет повторить под протокол в милиции.

Стеклов нахмурился, по его лицу скользнула тень тревоги.

— В милиции?

— Да. Это важно. Твое свидетельство поможет найти убийцу.

Стеклов помолчал.

— Раз надо, значит, надо, — с натяжкой произнес он. Визит в отделение явно не входил в его планы.

— Договорились. Я сам зайду к тебе, когда все будет готово. И вместе пойдем на допрос. Это не займет много времени… Да не робей ты! — добавил Никитин и ободряюще хлопнул Стеклова по плечу.

— Хорошо. Только надо будет Катю куда-нибудь отправить. Не хочу ее волновать.

— Конечно.

Они пожали друг другу руки. Стеклов вернулся к жене. Катя менторским тоном просвещала Варю относительно чудодейственной модели манипулятивного воздействия и треугольника Карпмана, обещала Варе посодействовать, чтобы ее вне очереди записали на сеанс к профессору Вергелесу, который волшебным образом оздоровит их с Аркадием семейные отношения. Варя рассеянно кивала, улыбалась вежливо и благодарила.

— Ну, мы пошли, — сказал Никитин. — Приятного отдыха. Заходите к нам в гости. Мы остановились в гостинице «Южная», седьмой номер.

— Обязательно зайдем! — Катя помахала рукой.

Стекловы пошли в одну сторону, Никитины в другую. Никитин оглянулся. Стеклов обнимал жену за талию, она прижималась к нему, смеялась.

— Хорошая пара, — заметила Варя.

— В какой-то степени, — уклончиво ответил Никитин.

Они дошли до отделения милиции. Небольшое здание с густо выкрашенной темной масляной краской дверью, неприметная табличка над входом. Никитин открыл дверь, вошел. Варя осталась снаружи с Машенькой.

— Я тут подожду, — сказала она. — А то там, наверное, душно.

Минут через десять Никитин вышел. Следом за ним из отделения пулей вылетел молодой сержант с портфелем в руке, запрыгнул в «Победу» и скомандовал водителю: «В аэропорт! Гони!»

Никитин и Варя провожали машину взглядами, пока та не скрылась за углом.

— Должен успеть, — сказал Никитин. — Курьер уже выехал на последний рейс до Москвы. Но мне пообещали, что его догонят. Сегодня вечером портрет подозреваемого и мой отчет будут на столе у полковника Пинчука.

— Вот это скорость! — удивилась Варя.

Никитин затолкал пустую авоську в карман галифе и оглянулся по сторонам.

— Мы сегодня хорошо поработали. Потому не вижу причин, чтобы не отдохнуть хорошо.

Полуденный зной они пересиживали в номере. Окно было распахнуто настежь, но все равно воздух в комнате стоял неподвижный, тяжелый — ветер с моря не доходил сюда, в глубину квартала.

Варя лежала на кровати, обмахивалась платком. Машенька спала рядом, раскинув ручки, дышала открытым ртом. Щечки ее порозовели, на лбу выступили капельки пота. Никитин сидел у окна, курил, невнимательно читал газету, время от времени поглядывая на улицу.

— Аркаша, какая все-таки красота была утром, — сказала Варя мечтательно. — В Ливадийском дворце.

— Да, красиво, — согласился Никитин.

— Я совсем не так представляла, в каких условиях жили цари. Воображала какие-то сказки. Золото, бриллианты, роскошь неописуемая. А там… там все строго. Изящно, конечно, но без излишеств. И комнаты небольшие. Я думала, царские покои должны быть огромными.