Книга Тени над Ялтой, страница 17 – Валерий Шарапов

— Стоять! Уголовный розыск!

Стараясь не привлекать внимание, Никитин завел ему руку за спину, отобрал фотоаппарат, развернул спиной к дереву и ткнул кулаком в грудь.

— Тихо! Не суетись, не привлекай внимание культурно отдыхающих граждан.

Попутчик сначала испугался. Глаза расширились, дыхание сбилось. Потом он узнал Никитина. С трудом отошел от испуга, начал оправдываться:

— А что я такого сделал?

— Ты следишь за человеком. И вообще подозреваешься в совершении преступления.

— Никакого преступления я не совершал, — пробубнил попутчик.

— Тогда зачем и за кем ты следишь?

Попутчик ответил не сразу. Помолчал. Никитин сильнее вдавил кулак ему в грудь.

— За своей женой! — выпалил попутчик, и на его глаза навернулись слезы. Затем тише добавил: — Имею на это право. Она здесь встречается с другим мужчиной.

Никитин ослабил хватку, отступил на полшага. Оглянулся на дом номер три. Окна по-прежнему закрыты, тихо.

Но буквально через несколько минут из калитки вышла кругленькая миловидная женщина в широкой панаме с бахромой. Она держала под руку немолодого сухопарого мужчину благородного вида в шляпе и белом костюме. Мужчина, чуть склонившись, о чем-то увлеченно рассказывал женщине. Она улыбалась, кивала. Они пошли по улице и вскоре смешались с потоком граждан.

Никитин рассмеялся, покрутил головой, почесал шею. Отпустил попутчика, отряхнул его пиджак.

— Извини, приятель. В общем, у меня к тебе никаких претензий. Но я следователь и расследую особо опасное преступление, связанное с убийством в нашем поезде. Давай познакомимся. Я Аркадий.

Попутчик все еще обиженно пробубнил:

— Ваше имя я уже знаю. А я Стеклов. Илья Стеклов.

— Так вот, Илья Стеклов. Я знаю, что ночью, когда был убит сосед по купе, ты часто выходил в коридор и курил. Значит, ты мог видеть убийцу, который выходил из шестого купе с чемоданом.

Никитин заглянул попутчику в глаза. Но тот замотал головой и проговорил:

— Нет… Я боюсь. Я ничего не буду говорить… Я ничего не видел… Оставьте меня в покое, дайте мне разобраться с моей женой.

Никитину пришла в голову идея.

— Так ты говоришь, специально поехал сюда, в Крым, чтобы проследить и уличить ее в измене?

— Получается, так, — подтвердил Стеклов. — И я просто шокирован. Думал, это будет какой-то молодой загорелый красавец. А это просто сухой старик, намного старше меня. Ну чем он лучше? Почему Катя выбрала его? Он что, очень богатый? Или знаменитый?

Голос Стеклова дрогнул. Он готов был расплакаться.

Никитин нахмурился, дружески похлопал мужчину по плечу.

— Ну, зачем же так расстраиваться! Ты еще не выяснил, кто он и что связывает его и твою жену, но уже раскис. Ну-ка, утри сопли. И давай договоримся. Я по своим каналам постараюсь узнать об этом человеке все. А ты за это расскажешь мне обо всем, что видел ночью.

Стеклов помолчал, глядя в землю. Потом нерешительно кивнул.

— Хорошо. Договорились.

— Встретимся завтра здесь же. Ровно в одиннадцать утра.

— Завтра. В одиннадцать утра, — повторил Стеклов.

Они разошлись. Стеклов пошел в сторону набережной, сутулясь, надвинув козырек кепки на лоб и сунув руки в карманы. Никитин проводил его взглядом. Потом вошел в калитку дома номер три, направился к крыльцу.

У крыльца сидела дородная хозяйка, жгучая брюнетка в платке, и чистила картошку над тазом. Никитин показал служебное удостоверение и спросил: