Онлайн книга «Смерть ничего не решает»
|
Всполошено захлопав крыльями, поднялся слева глухарь, и возница, выныривая из полусна, замахнулся хлыстом, заорал: — Э-ге-гей! А ну пошли! Кони послушно взяли в галоп, свистнула, подгоняя каракового жеребчика, Ласка, подтянулся и Орин, а Бельт медлил. Может, и вправду нужно было уехать? В Вольные города, или в Кхарн, пусть он и по-кхарнски не болтает? Хотя вон и здесь службу найти можно… Бельт оглянулся: сквозь белую мглу снегопада еще проглядывал черный силуэт Мельши. Издали замок не казался ни старым, ни разваленным, скорее уж таким, каким был на кубках. И стены, и башни, и даже дрожащий воздух там, где должен находиться понорок. Видимо, на самом деле все иначе, чем кажется. Еще за несколько дней пути до долины Гаррах дорога влилась мелкой жилкой в Красный тракт. И ожила. Первыми появились крестьянские подводы. Ехали целыми семьями на набитых шерстью мешках, притыкали промеж клетей с курами мешки и колыбели, устраивая с одинаковым удобством поросят на продажу и детей. Люди кутались в рванье, глядя с обреченностью и злостью, а завидев карету да конников, поспешно съезжали в сугробы при обочине. Чуть позже появились возки бродячих артистов; крашеные охрой да убранные тряпичными флажками фургоны шлюх, солидные купеческие сани, каковые, прикрываясь нанятой охраной, занимали центр тракта, и тогда Бельту приходилось орать: — Дороги! Уступали редко, но Бельт старательно драл горло, надвигая на самые брови шапку с красно-желтым султанчиком. Жалко, что под плащом не видно куртки в тех же цветах, говорящих, что не сброд по дороге едет, а охрана уважаемого человека. Впрочем, слишком много было у Хэбу Ум-Пан в прошлом и слишком мало в настоящем, чтобы его уважали по-настоящему. До Гарраха не дошли, хотя оставалась самая малость — с полдня пути вверх по речке Смеле. Но Хэбу по одному ему ведомым резонам решил остановиться в Охришках — деревушке небольшой, хозяйств на двадцать, но зато с собственным молельным домом. Имелся тут и постоялый двор, которым, правда, наир побрезговали. Вместо этого Хэбу выбрал дом почище, выкупив во временное пользование двор. Покорно и сноровисто хозяин вместе с сыновьями собрал остовы шатра, поверх которых натянули сначала шкуры, потом раскатали поверху толстое войлочное полотно, каковое накрыли еще одним слоем шкур и снова — войлока, и только тогда накинули красно-желтый шелковый чехол. Когда же стали разгружать карету, Бельт окончательно уверился — стоять им в Охришках долго. Ну стоять — не бегать, так что особого недовольства этот факт у него не вызвал, в отличие от Майне, которой деревенька явно пришлась не по вкусу. Видать, не такого ждала она от выезда. Скучно было в Охришках. Тоскливо. Ревела по утрам скотина, лаяли собаки, дымили трубы, суетились люди, изо всех сил стараясь не замечать неудобных гостей. А количество таковых росло. И вскорости растянулись вдоль тракта костры, собирая сброд самый разномастный, из тех, кому в саму долину путь заказан. Правда, против Бельтовых опасений, неприятностей подобное соседство не приносило. Видно, цветной шатер Хэбу да копье с девятью подрезанными конскими хвостами в серебре сами по себе отпугивали голытьбу, вынуждая искать добычу попроще. И вот тогда Бельт совершил ошибку, за которую впоследствии неоднократно себе пенял. Нет, он не расслабился, не потерял осторожность, скорее уж целиком сосредоточил внимание на Орине, опасаясь, что тот ввяжется в игру или в драку пьяную. А случилось иное: пропали Ласка и Майне. |