Книга Почти цивилизованный Восток, страница 119 – Екатерина Насута

Милисента чихнула.

— Как-то здесь… не слишком живописно, – сказала она тоненьким голоском. – Куда мы идем?

— Прошу прощения, леди, – моментально отозвался провожатый. И его «леди» явно прозвучало насмешкой. Но Милисента важно кивнула, подтверждая, что именно такого обращения и заслуживает.

Умница.

— Эта часть дома не предназначена для посторонних. И даже постоянные члены клуба редко бывают здесь. Однако ввиду исключительности ситуации решено продолжить торги в кабинете.

Чарльз тоже кивнул.

А потом коридор закончился.

Дверь. Дубовая. Новая. С металлическими накладками. С замком, от которого вяло тянуло Силой. И контур охранный имелся. Хороший контур. Подобный Чарльз видел… где же видел? Работа мастера.

И видел.

Определенно.

Дверь распахнули.

— Прошу. – Провожатый согнулся в поклоне. – Леди, возможно, желает чаю?

— И пожрать, – отозвалась Милисента охотно. – Пожрать леди точно желает. А чаю уже как получится.

Все-таки она слегка переигрывает.

Кабинет…

Просторный весьма. У самого Чарльза поменьше будет. И сыростью здесь не пахнет. Как и излишней роскошью.

Панели светлого дерева.

Дорогой ковер.

Секретер. Рабочий стол. И пара кресел. Несколько низеньких скамеечек, на одной из которых устроилась девица в бледно-голубом платье. Она сидела ровно, положив руки на колени, и казалась не живым человеком, но восковою фигурой.

За ее спиной в кресле расположился господин в черном костюме и белой маске. А уже за ним и сопровождающий.

На столе нашлось место кожаному ящику, крышка которого была откинута.

— Вот и наш дорогой гость… – Человек, сидевший по ту сторону стола, поднялся. Был он не высок и не низок, не слишком толст, но и не худ. В общем, вряд ли получится узнать при встрече. Лицо его скрывала маска, а голос обладал весьма характерной обезличенностью.

Артефакт?

И не один.

— Леди, прошу вас. Рады видеть… присаживайтесь.

Милли поглядела на скамеечку, фыркнула и устроилась в кресле. Эдди встал за спиной, что хорошо. Не нравился Чарльзу этот человек. И…

— Пятый Брат Алой дюжины решил не продолжать торги, – сказал человек.

А маска у него была серой, и это тоже что-то да значило.

— Возможно, и вы решите отступить?

— Нет, – сказал Чарльз.

— Что ж, ваше право. Безусловно, ваше… право. – Хозяин кабинета потер руки. – В таком случае нам необходимо произвести оценку, верно?

— И пожрать, – проворчала Милисента.

Явно нарочно.

— Безусловно, безусловно… аукцион всегда пробуждает в душе низменные страсти. И перекусить не мешало бы всем. Сейчас подадут.

А та, в голубом платье, не шелохнулась.

— Что вы планируете предоставить в качестве оплаты?

— Камни. Эдди.

Эдди молча поставил кофр на стол. И вытащил шкатулку.

— Здесь ограненные, но есть и сырец. Две дюжины отшлифованных на двадцать четыре грани, идеального качества, годных для использования в артефакторике. – Чарльз указал на третью шкатулку, которая была меньше первых двух. – Имеется заключение мастера. Общий вес – от пятнадцати до сорока карат.

— Приятно встретить знающего человека. Но правила есть правила, да… оценщик клуба должен подтвердить. Безусловно, это займет некоторое время…

— Я подожду.

В кабинет вкатили столик, и запахло едой. Запах был таким сильным, что Чарльз тотчас ощутил голод. И сглотнул.

— К слову, это Пятый Брат Зеленой дюжины, – сообщил хозяин кабинета. – Весьма достойный… человек.