Книга Почти цивилизованный Восток, страница 116 – Екатерина Насута

Милисента.

И эта, косматая неудачница, которая где-то там прячется.

На сцену вывели девицу.

— Молода. Здорова. Крепка. Разум ее полностью готов принять волю господина, – надрывался распорядитель. А Чарльз сжал кулаки.

— Спокойно, – повторил Эдди.

— Что с ней? – Милисента говорила тихо.

— Опоили. Какое-нибудь зелье… их хватает. Или обыкновенный опиум. Девчонка не жилец.

Сказал и пожалел. Надо было молчать.

— Как?

— А кому нужна любовница, которая не в себе? В лучшем случае поиграются и отдадут куда в бордель. Там половина таких, на опиуме… за него и будет работать.

— А в худшем?

— Тебе оно надо? – Эдди выдержал взгляд Чарльза. – Всех не спасти.

Это он еще когда понял. И все одно тошнота поднялась к горлу. Восток. Цивилизация. Как же… А они там, на границе, дикари и варвары. И тут на него смотрят как на дикаря и варвара.

Сами же…

— Я понимаю, – тихо ответил Чарли.

Вряд ли. Эдди и сам не понимал. Не сумел. И желание сыграть крепло. А ведь можно не только усыпить. Главное, до души дозваться. А там уже хороший шаман все что угодно с душою сотворит.

Внушит тоску.

Или ярость.

Заставит пустить пулю в лоб. Или еще что. Главное, что тварей не станет… или он сам тоже в тварь превратится. Здесь же не только ублюдки, что развлечься явились.

Девица ушла за полторы сотни. Много? Мало.

Дальше Эдди старался не глядеть на сцену. Чарльз закаменел. Милисента ерзала. И тут рев трубы заставил очнуться.

— Перерыв, – выдохнул Чарльз с немалым облегчением. И добавил: – Очень на это надеюсь.

И вправду, объявили перерыв.

В зале, куда вернулись приглашенные, было довольно людно. Мелькали девицы в почти прозрачных нарядах, разносили подносы с напитками.

— Пить не советую, – шепнул Эдди, когда Чарльз снял бокал. Тот едва заметно кивнул.

— И как вам у нас? – Рядом возник господин в маске. И Эдди вынужденно отступил. Погладил карман, в котором скрывалась дудочка.

— Не вздумай, – Милисента дернула за рукав. – Не дури. И ему не позволь.

— Постараюсь.

— Весьма… увлекательно, – выдавил Чарльз. – Никогда не случалось бывать на… подобного рода мероприятиях. Хотя, конечно, ощущение двойственное.

Господин похлопал Чарльза по плечу:

— Это пройдет. Сперва у всех так. И хорошо, что вы не стесняетесь прямо говорить о собственных чувствах.

Чарльз чуть склонил голову.

— На самом деле человеку неподготовленному происходящее может показаться несколько… неправильным, – продолжал господин.

Эк они умеют слова-то находить.

— А разве это правильно? – не удержался Чарльз.

— Не мне судить о правильности, но подумайте, что ждало бы этих девочек в ином разе? Короткая и тяжелая жизнь какой-нибудь прачки? Швеи? Или, что скорее, публичный дом самого дурного пошиба. Здесь же у них появляется шанс. Они получат дом. Заботу. Учителей… я всегда нанимаю своим крошкам учителей, ибо порой в грязи находятся удивительной красоты драгоценные камни, но и они нуждаются в огранке. Это даже интересно. Сперва перед тобой прекрасное чудовище, не способное связать пары слов. Порой я даже не понимаю, что они говорят, столь ужасен их акцент. Но постепенно оно меняется, и вот уже рядом прелестная юная дама…

— И что вы с ней делаете?

— Нахожу покровителя, который позаботится о моей крошке дальше. Но сегодня день пустоват. Девочки милы, но… без изюминки. Ваша вот хороша.