Книга Дикий, дикий Запад, страница 80 – Екатерина Насута

Чарли же нахмурился.

И лицо его исказила гримаса отвращения.

— Ты кто?

— Конь в пальто, – ответила я, присовокупив к словам пощечину. Нет, матушка говорит, что бить людей нехорошо, но иногда это полезно. Пощечина получилась хлесткой, а главное, доходчивой. И Чарли затряс головой.

Снова нахмурился.

И узнал наконец меня.

— Милли?

— Она самая. Что, заморочило?

— Немного. – Чарли ощупал губы. Да целые они. Я же свою силу знаю. – Спасибо.

— Обращайся, – хмыкнула я. – Но оно и вправду лучше говорить. Стало быть, там, на Востоке, порядочным дамам положено ездить только в дамском седле?

— Маменька утверждает, что оно выглядит страшно. А на самом деле, говорят, удобное. Но я не пробовал. Думаю, ты справишься.

Справлюсь. Куда мне деваться. Только как-то желания справляться особого нет.

— А так, по-нормальному если, совсем не ездят? – уточнила я на всякий случай.

— Только мужчины. Сама посуди, даже в амазонке сидеть в мужском седле будет неудобно.

А то. Это я знаю. Пробовала. Ну, матушка, когда меня еще не отчаялась воспитывать, амазонку эту самую сшила. Я и примерила. И попробовала в ней поездить. Так едва шею себе не свернула. Ага.

— И штанов там женщины не носят? – поинтересовалась я.

На площади смеялись, кричали, улюлюкали. И все это сопровождалось острым едким запахом крови и дыма. Сквозь вопли толпы порой пробивались иные голоса, исполненные боли. И потому спрашивала я чуть громче, чем стоило бы.

— Не носят.

— Что, совсем?

Говорить надо бы о другом, но в голове засели эти треклятые седла со штанами вместе. Вот и цепляюсь за них.

— К сожалению, даме в мужской одежде появляться неприлично.

— Ага…

Что-то чем дальше, тем меньше мне эта затея по вкусу. Вот… если подумать, то на кой ляд мне сдался этот Восток с его воспитанными девицами? У меня теперь деньги есть.

В теории.

Ну те, который Великий Змей отписал. Завещал то есть. Да с такими деньгами…

Что-то ухнуло и просвистело над головами, заставив меня пригнуться к конской шее. Призраки? Какие-то они больно уж материальные. И чувствую, если эти самые призраки вдруг обратят на нас внимание, то мало не покажется.

Однако вновь все стало тихо.

Площадь. И стены. И дома, что уже похожи не то на крепости, не то на дворцы. Ощущение взгляда, внимательного такого, будто эти дома вовсе не пусты, будто те, кто в них жил, жить и остались. И теперь смотрят. Примеряются.

Я сглотнула. И сказала:

— Я сама. Дальше сама поеду.

Чарли это не слишком понравилось.

— Тут нехорошо, – мне пришлось пояснять. – Может, будем уходить быстро. Или еще как. Лошадь не сдюжит двоих вынести.

Почему-то он улыбнулся, этак печально.

— Да и отстреливаться в одну харю удобней.

Улыбка стала шире.

А я что? Может, у меня и не дамские револьверы, но здесь мне с моими всяко сподручней.

Место подавляло.

Чарльзу, конечно, доводилось слышать о заброшенных городах, но они, великолепные даже на блеклых фотографиях, существовали где-то там, в диких джунглях Южной Америки; или вот еще в Африке, но в этом случае ходили упорные слухи о фальсификации. Правда, доказать ее не вышло, а лорд Эксли, который, собственно, экспедицию финансировал, прилюдно и громко возмущался.

Едва до дуэли дело не дошло.

А ведь Чарльзу в самом деле не поверят.