Онлайн книга «Дикий, дикий Запад»
|
Хриплый голос Эдди заполнил, казалось, все пространство. — Заткнись! – рявкнул Чарльз, но Эдди лишь громче завел: — Заунывно ветер свищет, в трубке тлеет огонек… — Веселей держись, дружище, путь неблизок, кров далек… – подхватила Милли, и ее голос, неожиданно сильный, вызвал едва ли не отвращение. – Чарли, давай. А то ведь заморочат. Кто? Его не заморочить. Он Чарльз Диксон, третий граф… пришел сюда по собственной воле, чтобы предложить службу той, которая единственно достойна его любви и преданности. Сердце болезненно сжалось. А в голове забилась мыслишка, что если он, Чарльз, хочет остаться, то ему будут рады. Только ему. Надо сперва избавиться от этих невежд, которые потащили лошадей в храм. А место это сродни храму. Лестница сменилась длинной галереей, сложенной из того же белого камня. — Ковыляют по курганам двое путников пешком… – продолжал завывать Эдди. И хриплый голос его перебивал такие правильные, такие нужные мысли. — Это я и Себастьяно ящик золота несем… – Милли вовсе в ноты не попадала. Да уж, в гостиных она будет редким зверем, на такого все соберутся поглазеть. И мысль эта доставила несказанное удовольствие. Правда, Чарльз встряхнулся. Что с ним творится? Это место… На стенах люди или те, кто лишь казался таковыми, возвышались над прочими. Они были прекрасны, как боги. Они были богами, которым поклонялись все остальные народы. Пусть и не всегда доброй волей. Поначалу. Все пытаются противиться поначалу. Но потом неизменно осознают глубину своего заблуждения и, проникшись любовью, ибо невозможно не любить богов, служат дальше столь верно и ревностно, что просто грех этим не воспользоваться. Чужие мысли, что змеи, заползали в головы. Не мысли. Шепот, что пробивался сквозь слова песни. Это ведь не так и сложно, стать богом, и Чарльз сумеет. Если захочет. Если поверит. Ему всего-то и надо, что избавиться от… Лошадь всхрапнула и подалась в сторону, чтобы переступить через тело в лохмотьях. — Надо же. – Милли ненадолго задержалась над трупом, взирая на него безо всякого отвращения. – Это кто-то из охотников за сокровищами? Глянь, одежда какая… Из одежды уцелели сапоги да кожаные чапы. Куртка еще. И сумка. Сумка была не пустой. Чарльз не собирался ничего трогать, а вот сумка – она не принадлежала городу. Наверное. Или… Милисента ногой подбила револьвер, который покрывала ржавчина. — Его застрелили, – сказала она. – И не призраки. Призраки не стреляют. Она повернулась и, ткнув пальцем куда-то за спину Чарльза, добавила: — Сам он тоже стрелял. Но не попал, надо думать… И пошла за братцем, которого наличие мертвеца в галерее нисколько не смутило. Сиу перешагнула через кости. А Чарльзу не хотелось брать сумку. Грабить покойника не в его правилах. Все-таки он граф, а графы ведут себя прилично. Но… мертвец глядел и скалился остатками зубов. В голове его виднелась характерная дыра, еще пара отверстий зияли в кожаной куртке. И вправду пристрелили. — Я… – Чарли потянул за сумку. Почему ее не забрали? Пальцы мертвеца вцепились в ремень, словно он и сейчас не желал расставаться с добычей. — Еще один, – донеслось откуда-то издалека. Надо догонять. Надо… оставить это, но Чарльз не мог разжать руки. Что бы там ни лежало, оно послужит доказательством! В конце концов, это культурная ценность, и, вернувшись домой, Чарльз просто обязан будет передать ее сообществу. И вообще инициировать изучение города. |