Книга Босс для булочки. (Не)Случайная встреча, страница 25 – Полли Уайт

Боюсь. Боюсь этой привязанности, которая ползет изнутри, как тот паук по карнизу. Боюсь, что снова окажусь в клетке. Но отпустить Таню, кажется, уже не могу.

Час спустя я жду ее у лифта, нервно поправляя манжеты, и когда дверь открывается, воздух застревает в легких.

Она ослепительна. Темно-бордовое платье, как спелое вино, облегает ее божественные формы так, что хочется провести по ним ладонью.

Ткань мягко струится, подчеркивая изгибы груди, талии, этих бедер, за которые я готов продать душу. Плечи оголены, бархатистая кожа сияет в свете ламп. Так и хочется прильнуть к ней губами.

Никаких кричащих украшений, только Таня.

— Что, Игнат Васильевич? – ее голос вырывает меня из ступора. – Опять оделась не по протоколу? Слишком откровенно для ужина коллег?

В ее глазах пляшут знакомые чертики, но сейчас в них нет злости. Есть вызов, да. Но и что-то еще… ожидание?

Заставляю себя выдохнуть и быстро придумать саркастичный ответ. Юмор – моя последняя линия обороны.

— Платье… сносное, – выдавливаю, пропуская Цыпочкину вперед. – Хотя, боюсь, официанты сегодня будут путать заказы. Им будет сложно сосредоточиться на меню.

Таня проходит мимо, и я ловлю ее легкий цветочный аромат. От него кружится голова.

— Это был комплимент, босс? – ухмыляется она, усаживаясь за столик у окна.

Ужин проходит… по-другому. Совсем не так, как я ожидал. Нет ни подвоха, ни скрытых уколов, ни попыток манипуляции. Я ищу в словах Татьяны хоть каплю той фальши, к которой привык в отношениях с женщинами. И не нахожу.

Татьяна говорит о работе, увлеченно и умно. Смеется над моими неуклюжими шутками, открыто и искренне. Рассказывает о Жене, и ее лицо светится такой нежностью, что у меня щемит сердце. Цыпочкина не требует, не давит. Она… просто есть.

Яркая, колючая, настоящая.

И я тону в ней все сильнее. С каждым ее словом, с каждой улыбкой. Это страшнее, чем любой корпоративный шантаж. Потому что против этого у меня нет оружия.

— Пойдемте, – говорю я, когда кофе допит, а десерт остался нетронутым. Мне нужно двигаться, нужно пространство, иначе я сделаю что-нибудь глупое. Например, протяну руку и коснусь ее пальцев. – Пройдемся. Покажу вам верхнюю часть города.

Она кивает, ее глаза горят любопытством.

— Только «вы» уже можете оставить в номере, Игнат. Мы же, кажется, перешли на новый уровень, когда вы увидели меня… в полотенце.

От ее слов по спине бежит разряд.

— Хорошо, Таня, – соглашаюсь, и ее имя в этом контексте звучит для меня самого непривычно и интимно.

Ночь теплая, но с реки дует легкий прохладный ветерок. Таня слегка ежится, потирая оголенные плечи. Действуя на чистом импульсе, я снимаю пиджак и набрасываю ей на плечи.

— Спасибо, – она кутается в него, и этот жест такой естественный, будто так и должно быть.

Мы идем по освещенной огнями набережной. Таня вновь становится той самой девочкой с горящими глазами, какой я видел ее в клубе, завороженной моим пламенем.

Она восхищается видами, шутит, и эта ее легкость заразительна. Я ловлю себя на том, что улыбаюсь в ответ. Просто улыбаюсь, без сарказма или защитной маски.

Таня останавливается у парапета, глядя на огни города внизу и слияние Оки и Волги. Ветер играет ее непослушными каштановыми прядями.

— Красиво, – шепчет, а я залипаю на ее сочные соблазнительные губы.