Книга Ненужная жена ледяного дракона. Хозяйка проклятой лечебницы, страница 3 – Диана Фурсова

Вера почти рассмеялась.

Почти.

Слова были громкими, красивыми, пустыми. Так обвиняют, когда не хотят называть настоящий повод. Так пишут в приказах, когда виновность уже назначена, а доказательства подгонят позже.

— Что именно я сделала? — спросила она.

— Вы лучше меня знаете.

— Нет, — сказала Вера. — Не знаю.

Варна нахмурилась. Видимо, тон ей не понравился.

— Ваша милость, я не советую начинать новую жизнь с очередной лжи. На Севере меньше поклонников, чем в столице. Там некому будет восхищаться вашими обмороками.

Вера сжала пальцы на пледе. Хотелось ответить резко, но она заставила себя молчать.

Обмороки. Значит, Элиана часто падала в обморок. Или её в этом обвиняли. Поклонники. Значит, был мужчина, которому приписали связь с ней. Предательство брачной клятвы. Значит, удобный скандал. Удобный настолько, что муж отправил её не в отдельный дом на юге, не к родственникам, а на край света.

В снег.

В место, которого боялись даже слуги.

— Где мои вещи? — спросила Вера.

— В багажном отсеке.

— Мои письма?

— Конфискованы.

— Деньги?

— Вам оставили сумму на первое время. Скромную, но достаточную, если не предаваться прежним привычкам.

— Слуги?

— В Морвейн-Хольде есть управляющий и необходимый минимум прислуги.

Вера уловила паузу перед словом «необходимый».

— Сколько человек?

Варна отвернулась к окну.

— Достаточно.

— Сколько?

— Полагаю, узнаете на месте.

Значит, почти никого.

Карета снова накренилась. Вера упёрлась ладонью в стенку и только теперь заметила, что на внутренней стороне запястья, под кружевом рукава, проступает тонкий серебристый след. Не шрам, не украшение. Знак, похожий на маленькую льдинку с тремя лучами.

Она коснулась его, и в голове вспыхнула ещё одна картина.

Каэль Рейнар стоит напротив неё у камина. Высокий, слишком спокойный, безупречно одетый. Его волосы, белые как первый снег, убраны лентой. На пальцах — перстень главы рода. За окном гремит музыка бала, но в кабинете тихо.

— Вы опозорили моё имя, леди Элиана.

— Я ничего не делала.

— Мне надоели ваши слёзы.

— Тогда посмотрите не на слёзы, а на тех, кто вам их принёс.

Он даже не моргнул.

— Завтра утром вы покинете столицу.

— Куда?

— Туда, где ваш голос больше не навредит моему дому.

И подпись.

Каэль Рейнар.

Не дрогнувшая рука. Чистая строка. Гербовая печать.

Вера вынырнула из воспоминания с таким ощущением, будто её ударили.

Она не любила этого мужчину. Не могла любить: она знала его меньше часа, и то чужими обрывками. Но тело Элианы помнило. Тело отозвалось стыдом, тоской и такой покорной, выученной болью, что Вере стало почти страшно.

Нет, сказала она себе.

Не моя боль.

Но если она теперь в этом теле, ей придётся разбираться и с этой болью тоже.

— Приказ подписан сегодня? — спросила Вера.

Варна холодно улыбнулась.

— Утром.

— После суда?

— Не было никакого суда.

Вера медленно подняла на неё глаза.

— То есть меня осудили без суда.

— Вы жена герцога, не преступница на площади.

— Разница есть?

Варна впервые посмотрела на неё по-настоящему внимательно. Как будто в голосе изгнанной жены прозвучало что-то незнакомое.

— Осторожнее, леди Элиана. Север не любит гордых женщин.

— Зато гордые женщины, кажется, часто туда попадают.

Варна поджала губы.

Снаружи ветер взвыл так, будто карету окружила стая невидимых зверей. Колёса забуксовали. Лошади зафыркали, послышался хлопок кнута, ругань кучера, потом карета рывком выбралась из снежной колеи.