Книга Ненужная жена ледяного дракона. Хозяйка проклятой лечебницы, страница 10 – Диана Фурсова

За дверью горела одна свеча.

Её держала женщина.

Невысокая, широкоплечая, в тёмном платье и вязаной шали, она стояла так прямо, будто подпирала собой весь коридор. Седые волосы были убраны под платок, лицо — круглое, загрубевшее от холода, глаза — внимательные и неприветливые. На поясе висела связка ключей, большая, тяжёлая, почти вызывающая.

Вера сразу вспомнила дощечку.

Не верь ключнику.

Женщина перевела взгляд с неё на Варну, потом на карету и сундуки.

— Добрались, стало быть.

Голос у неё оказался низким, с северной хрипотцой.

— Вы Марфа? — спросила Варна прежде, чем Вера успела открыть рот.

— А кто ж ещё будет дверь отворять, если все умные разбежались.

— Где управляющий Крейн?

Марфа посмотрела на неё без малейшего почтения.

— В отъезде.

— В такую погоду?

— Погода не у всех спрашивает разрешения.

Варна шагнула вперёд.

— Мне нужен полный отчёт о состоянии дома, список слуг, ключи от хозяйственных помещений и подтверждение принятия леди Элианы Морвейн под надзор управляющего.

Слово «надзор» Вера запомнила.

Марфа тоже. Её взгляд медленно, тяжело скользнул к Вере.

— Под надзор, значит.

— Согласно распоряжению герцога Рейнара, — сказала Варна.

— А дом, — Марфа чуть прищурилась, — согласно чему открыл ворота?

Варна не ответила.

Вера сняла с капюшона снег и переступила порог.

Внутри стало ещё холоднее.

Это было неправильно. Снаружи бушевала северная ночь, но в доме холод не кусал — он лежал. Слой за слоем, как пыль на мебели. Холод был в стенах, в полу, в лестнице, в тёмных портретах над галереей, в почерневшей люстре, на которой не горело ни одного огня. Он не нападал, но ждал, когда человек сам устанет сопротивляться.

— Я леди Элиана Морвейн, — сказала Вера, хотя имя всё ещё казалось чужой одеждой. — И я хочу войти в дом.

Марфа посмотрела на её запястье.

Вера не поднимала рукав, но ключница всё равно словно видела знак под тканью.

— Хотеть мало, госпожа.

— Тогда я войду и посмотрю, чего ещё не хватает.

Уголок рта Марфы дрогнул. Не улыбка — скорее короткое признание удачного ответа.

— Входите.

За спиной заскрипели сундуки: Глен с ворчанием принялся разгружать багаж. Варна шагнула внутрь следом за Верой, но дом отреагировал немедленно. Дверь хлопнула так резко, что управительница едва не осталась на крыльце. Пламя свечи в руке Марфы вытянулось синей иглой, коридор будто выдохнул, и где-то наверху глухо ударила ставня.

Варна застыла.

— Что это было?

— Сквозняк, — сказала Марфа.

— В закрытом доме?

— У нас сквозняки воспитанные. Хлопают только перед теми, кого не любят.

Вера не сдержала короткого смешка. Он вышел нервным, почти лишним, но напряжение чуть треснуло.

Марфа посмотрела на неё внимательнее.

— Смеяться пока рано, госпожа.

— Я и не радуюсь. Просто выбираю, что лучше: смеяться или начать кричать.

— Кричать дом не любит.

— Тогда придётся смеяться тихо.

Где-то в глубине коридора раздался слабый звук. Не шаг, не скрип — скорее быстрый шорох. Вера повернула голову и заметила у основания лестницы мальчика. Лет десяти, худого, в слишком большой куртке, с тёмными волосами и серьёзными глазами. В руках он держал охапку поленьев, почти закрывавшую ему лицо.

— Тим, — сказала Марфа. — Не стой столбом. Неси к малому очагу.

Мальчик кивнул, но не произнёс ни слова.