Книга Уроки любви и предательства (от) для губернатора-дракона, страница 94 – Лера Виннер

Солнце сегодня было приятно жидким, не слепящим, а погода не изнурительно жаркой, располагающей к неторопливым прогулкам, и когда кони вышли на дорогу, я решилась завести разговор сама:

— Как ваше самочувствие, Альберт? Лорд Рейвен сказал, что вы вернулись скорее рано, чем поздно.

Он производил впечатление того, что умел пресекать неудобную беседу, и если мой вопрос покажется неуместным…

Альберт ответил мне коротким полупоклоном и еще одной улыбкой, на этот раз сдержанной:

— Благодарю за беспокойство, все хорошо. Я выносливее человека, как вы, вероятно, понимаете.

Он не пытался осадить меня или указать на мою оплошность, и это оказалось еще удивительнее.

Закрытый, серьезный, собранный, именно Альберт не оставил меня без присмотра в момент встречи с Кларисой. По его слову Рейвен бросил все свои дела и поспешил домой. Ему он доверил сопровождать меня.

— Граф Вернон сказал мне, что замок, который вы показали ему, произвел на него большое впечатление. Это удивительно, потому что раньше он не проявлял большого интереса к архитектуре.

Я едва не вздрогнула, настолько неожиданным стало его замечание, а потом улыбнулась в ответ не на слова, а на тон, которым они были сказаны:

— Я склонна полагать, что дело в Музе. Граф так тревожился о щенках, что едва ли замечал что-то вокруг.

До определенной степени это, конечно же, было ложью, но мне не хотелось поддерживать эти полунамеки о себе. Альберт уже сказал достаточно, чтобы мое сердце забилось чаще, а ставить его в неловкое положение излишней откровенностью было ни к чему.

Добравшись до места, я воспользовалась той же боковой калиткой, что и в прошлый раз.

Сегодня во дворе стояла тишина, только где-то высоко щебетали свившие в стенах гнезда птицы.

— И правда… — Альберт пробормотал это негромко, скорее отвечая самому себе на какой-то не заданный вслух вопрос.

Я пропустила его вперед, предпочла держаться чуть поодаль.

Он очевидно был больше, чем управляющим в доме графа. Больше, чем слугой или доверенным лицом.

Он точно знал о своем безоговорочном праве оценивать решения и поступки Черного дракона, и теперь я точно готова была поспорить: если бы он счел покупку Теренваля… Иглы блажью, сообщил бы Вернону об этом без малейших колебаний.

Однако, расхаживая по двору, Альберт явно находил его намерение оправданным.

Позволив ему осмотреть конюшню и дворовые постройки, я жестом пригласила его внутрь.

Отчего-то царившую в замке тишину не хотелось нарушать напрасными словами.

Проходя комнату за комнатой, зал за залом, я с щемящей остротой понимала, что ей недолго осталось править здесь. То, как Альберт время от времени хмурился, уверенные движения, которыми он проверял целостность дерева и панелей на стенах, с каждой секундой все больше убеждали меня в том, что за восстановление замка он возьмется с завидным энтузиазмом.

— Удивительно. Это место могло бы стать жемчужиной Мейвена, — заметил он, когда мы вернулись во двор и, не сговариваясь, присели на каменный бортик давным давно пересохшего фонтана.

Порадовавшее меня по пути сюда солнце теперь клонилось к закату, и я не чувствовала под собой ног, но удивительным образом мне тоже хотелось улыбаться.

— Он и является ею, — подставив лицо последним на сегодня ласковым лучам, я позволила себе на секунду довольно прищуриться. — Это местная легенда, Альберт. Местная мечта, но люди не решаются им даже грезить, потому что он жил слишком давно. Возрождение этого замка могло бы стать лучшим символом правления Черного дракона, чем что бы то ни было.