Книга Холодною зимой метель нас закружила, страница 33 – Ольга Токарева

И тогда Веймин, сплетая паутину лжи, договорился с купеческой четой. Он поведал им трагическую историю об убиенной жене и о себе, бегущем от безжалостных наемников, чья тень нависла и над его сыном. Отдав молодой семье все свои сбережения и драгоценного малыша, Веймин сошел в тихом городке, в двадцати пяти километрах от Сианмула, держа в руках лишь куклу-ребенка. Этот спектакль был разыгран специально для извозчика и преследователей-хардзи, идущих по его пятам.

А дальше, словно хамелеон, Веймин, используя все грани своего мастерства перевоплощения, растворился в суете портового города. Там он, как тень, скользнул на борт корабля, уходящего в далекий Инданис. Пять лет, проведенные на чужбине, были отмечены смертью — он вновь отправил на тот свет одного из головорезов местной банды, добыв себе новые документы. И вот, казалось, судьба дала ему шанс вернуться на родину. Но у судьбы были свои планы. В портовом городе Рис-Арливарта он поднялся на борт корабля, и после трех месяцев скитаний по волнам прибыл на Сирвас. Не теряя ни минуты, он пересел на другое судно, держащее курс на остров Ор Аридан.

Веймин впервые узрел рогатый народ. И хотя ариданцы славились своим добродушием к иным расам, хардзи нутром почуял, что среди демонов ему не затеряться. На следующий день он поднялся на борт торгового судна, державшего курс к острову Ор Ханор.

К его великой удаче, ханорцы поразительно напоминали хинзарцев Сирваса: те же раскосые глаза, невысокий рост, иссиня-черные волосы и оливковая кожа. Еще одним даром судьбы стал языковой диалект — не пришлось притворяться немым в первые дни.

Исколесив остров вдоль и поперек, Веймин решил обосноваться в крохотной деревушке, затерянной в низине гор, — всего-то десяток домов. Обитатели ее жили охотой да рыбной ловлей. За добычу исправно платили мзду привратнику хана, а излишки везли в столицу Урувского ханства, обменивая на товары первой необходимости.

Деревенские жители встретили Веймина с опаской, но весть о его целительском умении растопила лёд недоверия, и ему выделили заброшенный охотничий домик высоко в горах. Так наёмный убийца, чья прошлая жизнь была залита кровью, доживал свой век в уединении, посвящая каждый день медитации и постижению тайн мироздания.

Веймин настолько погрузился в глубины своих воспоминаний, что истошный, хриплый крик не сразу пробился сквозь пелену раздумий. Вынырнув из медитативного забытья и увидев клубящуюся вокруг тьму, хардзи мгновенно вскочил, принимая боевую стойку. С досадой вспомнив об оставленном в хижине оружии, он замер в напряженном ожидании. К его изумлению, тьма вскоре рассеялась, явив ему картину, полную странного дива. На камнях, громко рыдая, лежал ребёнок. И все бы ничего, если бы не шок, пронзивший закаленного убийцу при виде изуродованного личика малышки. В том, что это девочка, сомнений не было.

Очнувшись от оцепенения, Веймин кинулся к ребёнку, подхватил её на руки, словно хрупкую драгоценность, и зашептал, баюкая: — Тише… тише, кроха. Переполошишь всех лесных духов своим плачем.

К его изумлению, девочка мгновенно смолкла, распахнув влажные от слез ресницы. Взгляд её, не по-детски серьезный, скользнул по сторонам и, задержавшись на Веймине, прозвучал вопросом, эхом прокатившимся в тишине леса: — Де… Я?