Книга Холодною зимой метель нас закружила, страница 121 – Ольга Токарева

Среди собравшихся выделялись и союзники:

От Пуарского государства прибыл король Калиан Арвайский в гордом одиночестве. И это было мудро — оставив трон сыну, он, несомненно, в этот самый час собирал свой собственный военный совет в стенах родного дворца.

Викрант Тиарский, правитель Сурмании, прибыл в сопровождении двух генералов. Крепкая дружба, связывавшая его с Амираном, оставалась нерушимой. Часто их можно было увидеть на рыбалке, где они предавались мужским разговорам, не подозревая, что дома их жены в это время перемывают им косточки.

Заверхан Инаварский, король Хантайского государства, явился один, излучая уверенность и решимость. В каждом его взгляде, в каждом жесте чувствовалась горячая кровь хантейского воина, готового к битве.

И словно вишенка, увенчивающая этот военный совет, в зале парила Кавис, общая любимица, призрачная леди, одна из трех нетленных покровительниц ведьмы Яримы. Она, как всегда, неспешно затягивалась своей трубкой, выпуская в воздух причудливые кольца дыма. В этой войне её колдовские умения и невероятная сила окажутся ценными как никогда.

Андж поднялся, и его голос, словно удар колокола, провозгласил: — Военный совет объявляю открытым. Вам всем ведомы и враг, и цели его злобных замыслов. Прежде чем мы погрузимся в обсуждение плана битвы, я предлагаю венценосным владыкам Хантайского и Сурманианских государств взвесить и решить для себя: готовы ли они разделить с нами бремя этой войны? Не будет с нашей стороны ни тени укора, какой бы выбор вы ни сделали. Это не бедствие, обрушившееся на весь мир, а злое око, направленное исключительно на нашу семью. Герцог Магарианский, нахмурив брови, даровал им несколько мгновений тишины, наполненных тяжестью ожидания.

— Мое войско уже движется к восточным рубежам, и пять тысяч закованных в сталь воинов замерли у границ Тарханского ханства, ожидая лишь сигнала к атаке, — с гордостью заявил Заверхан Инаварский.

— С нашей стороны приняты аналогичные меры. Четыре тысячи воинов, готовых к бою, сосредоточены у южных границ, и лишь слово отделяет их от вторжения на земли Тарханского ханства.

Андж едва заметно кивнул в знак благодарности. Слова сейчас казались излишними, словно шум, способный спугнуть хрупкий миг понимания.

— Анджкирсанское и Пуарское государства сомкнули свои знамена. Десять тысяч воинов уже всю ночь перебрасываются быстроходными авиабусами к южным землям, где развернется битва. Еще пять, словно тени, затаились в резерве, готовые обрушиться на врага по первому сигналу, — голос герцога Магарианского звучал ровно и веско, словно удар колокола.

Кавис выпустила тонкую струйку дыма, которая, извиваясь, растворилась в воздухе. Ее взгляд, затуманенный пеленой табака, стал острым и проницательным. — С таким войском вы просто затопчете их, не заметив сопротивления, — промурлыкала она, прищурившись. — Позвольте мне предложить себя в качестве разведчика. Враг этот… необычен. И лишь ведьмам под силу ощутить пульс его силы, прощупать его истинную природу.

Не удостоив заявление призрачной леди ответом, Андж приблизился к стене, где во всю ширь раскинулся материк Инданис, пестрящий россыпью государств. Взяв в руки указку, он приступил к изложению предварительного плана сражения, и голос его звучал твердо, как сталь.