Книга Святые из Ласточкиного Гнезда, страница 162 – Донна Эверхарт

Корнелия сказала:

— Я знаю, что для тебя все по-другому. И это нормально. Но я-то ничего не могу с собой поделать, с тем, что я чувствую. Не могу. Я подумала: если расскажу тебе свой секрет, как ты рассказала мне про Уоррена, тогда, может, как-то смогу смириться со своей судьбой.

Рэй Линн не знала, что на это сказать, кроме:

— Понимаю.

— До этого мне нравилась одна девушка, когда мне было шестнадцать. Ее звали Ребекка. Мы стали проводить много времени вместе. Она любила приходить ко мне: дома у нее был очень строгий отец, она его боялась. Однажды Бекки пришла к нам, а мама работала в саду. Мы забыли про осторожность, увлеклись, и мама нас застала. Она рассказала папе. Он дружил с отцом Отиса, а Отис всегда на меня заглядывался. Вот меня и выдали за него замуж. Я была позором семьи, они меня больше знать не хотели, если я не подчинюсь. Ну, я и подчинилась. Ты сама, наверное, догадываешься, что это ничего не изменило. Они не захотят меня видеть, особенно если будут знать, что я ушла от Отиса. Вот почему я не могла поехать домой.

Рэй Линн схватила Корнелию за руку и крепко сжала.

— Нелли, – начала она, – я не могу тебя обманывать. Я не чувствую того же, что и ты, но ты мне дорога. Как подруга. Надеюсь, ты сможешь это принять.

Корнелия грустно улыбнулась ей.

— Конечно. Это самый лучший подарок, какой ты мне можешь сделать.

Грустная улыбка Корнелии была до боли искренней и трогательной. Они долго сидели тихо, молча, и обе думали о том, что ждет их в будущем.

Неделю спустя Рэй Линн вошла следом за Дэлом в сарай, где тот чистил и разбирал инструменты для работы со смолой. Чего тут только не было: и жестяные желоба, и чаши Херти, и хаки для подрезания коры, и съемники, и подвесные коробки с гвоздями, и стоки, которые можно перевешивать с дерева на дерево, чтобы собирать смолу. В другом углу Рэй Линн увидела все необходимое для заливки, от ведер до бочек и черпаков. Риз работал сосредоточенно, методично и аккуратно. Наверное, нехорошо было сравнивать его с Уорреном, но Рэй Линн не могла удержаться. Она потерла обрубок пальца: теперь ей можно не бояться пострадать из-за чужой небрежности или нелепой случайности.

Она сказала:

— У тебя есть уже почти все, что нужно.

— Да, – ответил он. – Жду только работников, они на той неделе приедут. И еще нам нужна лошадь для тебя. Хорошо бы съездить посмотреть на ту, которую я видел в Рокфише. Как там у мамы с малышом дела сегодня?

— Сьюди Мэй говорит, с утра он уже поел два раза. Говорит, ему только бы поесть. И поспать.

Дэл принялся точить хаки. Движения у него были ловкие, ритмичные.

— Эти мальчишки Уитакеры все будут высокие, в отца, – заметил он, откинул волосы со лба, и Рэй Линн подумала, что он стал не такой спокойный, как раньше, а, пожалуй, немного нервный. Так она на него действовала в последнее время: в ее присутствии Риз как будто о чем-то задумывался, бросал на нее быстрый взгляд и так же быстро отворачивался.

Он сказал еще:

— Трудно поверить, что мы уже восемь месяцев как уехали из Ласточкиного Гнезда.

— Понимаю, – кивнула Рэй Линн. – Мне иногда кажется, что ничего этого никогда и не было.

Дэл долго смотрел на свои ботинки, а затем поднял голову.

— Хочешь съездить сегодня в город со мной вместе?

Рэй Линн взяла хак и взвесила его в руке, вспоминая свою работу в лагере, боль в мышцах и удовольствие при мысли, что она в состоянии справиться с таким трудом. Вопрос Дэла прозвучал как-то странно, как будто он вкладывал в него особый смысл.