Книга Леди Жаворонок, страница 65 – Джо Беверли

Лаура отвернулась и занялась своими перчатками.

— Разумеется. Просто мне претит все время лгать.

— Мне тоже. Надо поскорее со всем этим покончить.

— Миссис Грантли говорит, что капитан Дайер вовсе не болен. Если это так, возможно, он действительно пленник.

Стивен нахмурился:

— Проклятье, это осложняет дело. Пойду и приложу ухо к стенке. – Он пошел к себе в спальню и через пару минут вернулся. – Слышно одно бормотание.

Стивен подошел к окну и выглянул на улицу.

— Ты нервничал, когда впервые выступал в палате общин?

— Нет, но это лишь благодаря юношеской самоуверенности. Теперь я иногда волнуюсь, потому что не уверен, что мои аргументы достаточно убедительны.

— А я уверена.

Стивен смущенно улыбнулся:

— Я неплохой оратор, но не великий. Ни разу не довел депутатов до слез, как, например, Шеридан или Фокс. Предпочитаю взывать к разуму, а не к эмоциям.

— Разум – золото, эмоции – позолота, – промолвила Лаура.

— Странно слышать это от светской красавицы.

Они встретились взглядами.

— По-твоему, разум и красота несовместимы?

— Я так не считаю. Прости.

В этот момент в дверь постучали, и в комнату вошел мистер Топем.

— Сэр Стивен, к вам гость, мистер Керслейк-Сомерфорд, – торжественно доложил хозяин. Керслейк-Сомерфорд был весьма известным и влиятельным человеком в этих местах. Лаура была поражена, увидев элегантного, красивого молодого человека с открытой, располагающей улыбкой.

Топем еще раз поклонился, на этот раз герцогу-контрабандисту.

— Я велю принести ленч, сэр Стивен? – спросил Топем и, когда Стивен кивнул, удалился.

— Вы тут весьма важная персона, – проговорил Стивен, пожимая гостю руку. – Позвольте представить вам миссис Гардейн, временно загримированную под мою кузину миссис Пенфолд.

— Мадам. – Гость поклонился. – Насколько я понимаю, «плуты» опять что-то затеяли. Должен признаться, они весьма оживляют мою жизнь.

— Не думаю, что ваша жизнь нуждается в оживлении, мистер Керслейк-Сомерфорд.

— Это разные вещи, миссис Гардейн. Большая часть моей профессиональной деятельности не более волнующая, чем бухгалтерия. Главная ее цель – свести оживление к минимуму.

— Да, мистер Делейни говорил, что опасность находит нас сама.

— Совершенно верно. Опасность ищет лишь тот, кто ведет скучную жизнь.

Лаура старалась не смотреть на Стивена. Скучная жизнь? Что за чушь!

— Уверена, что весьма рискованны занятия политикой.

— Теперь уже нет, – сухо заметил Стивен, догадавшись, что Лаура имеет в виду его. – Никого не обезглавили за противодействие монархии в последние годы.

— Но премьер-министра Персиваля застрелили, – с энтузиазмом заметил гость.

— Его застрелил сумасшедший, – сказал Стивен, – такое может случиться с каждым.

— Не с каждым. Персиваль был убит потому, что стрелявший считал, будто во всех его несчастьях виноват премьер-министр. Так что быть выдающейся фигурой весьма опасно.

Глупо было беспокоиться о Стивене, и все же Лаура встревожилась.

— Вы тоже выдающаяся фигура, мистер Керслейк-Сомерфорд, – сказала она.

— Из-за моих грехов. Пожалуйста, зовите меня «мистер Керслейк», мадам. Меня так называли всю жизнь. Вторая часть имени появилась недавно, когда я стал претендовать на титул герцога.

Принесли ленч, и пока расставляли посуду, разговор прекратился. Как только слуги ушли, гость спросил: