Книга Прекрасные маленькие глупышки, страница 111 – Оливия Хоррокс

КОРНУОЛЛ

С чувством облегчения я наконец вернулась в Сент-Агнес и попала в теплые объятия Сал. В коттедже вкусно пахло стряпней, и у меня от голода заурчало в животе.

— В духовке пирог, — подмигнув, объявила Сал. — Скоро будет готов. — С этими словами она вернулась на кухню. — Для тебя есть почта, возьми на столике в холле, — крикнула она, грохоча кастрюлями.

Я поблагодарила и забрала маленькую стопку — пакет и несколько поздравительных открыток от друзей и семьи, присланных ко дню рождения.

— Что слышно о Нине? — спросила я, войдя на кухню и усевшись с почтой за стол.

— Я думала, вы с ней вернетесь вместе, — рассеянно произнесла Сал, доставая из духовки пышущий жаром пирог.

Сердце мое упало: выходит, Нины до сих пор не было дома. Где она могла остановиться в Лондоне? После того, что рассказал Эдди о ее друзьях и семье, я сильно беспокоилась.

— Я совсем забыла. Нина решила ехать более поздним поездом, — сочинила я на ходу и еще острее и болезненнее ощутила свою вину.

Сдирая бумагу с пакета, я гадала, от кого он мог прийти.

— Ты хорошо отметила свой день рождения? — спросила Сал, вынимая из буфета тарелки.

— Да, спасибо, — пробормотала я, не желая вдаваться в подробности и с недоумением рассматривая содержимое посылки. Красновато-коричневый альбом в кожаном переплете — точно такой я видела в магазине мистера Янссена в Блумсбери. Я перевернула его и обнаружила выгравированный на обложке логотип — тот самый. Развязав кожаный ремешок, я открыла альбом, чтобы взглянуть на бумагу.

— Какой прекрасный подарок! — с восхищением воскликнула Сал, ставя передо мной тарелку с едой. — От кого это?

— Не знаю, — растерянно ответила я и провела пальцами по мягкой бумаге.

— Кажется, в кармашек засунута маленькая записка, — указала Сал.

И действительно: на внутренней стороне обложки был кармашек, из которого выглядывал уголок карточки. Я вынула ее и прочла текст, написанный от руки:

«Когда не хватает слов,

заговорит искусство».

Голова моя кружилась, пока я снова и снова перечитывала эти слова, пыталась расшифровать их значение и угадать автора. Тихий голос подсказывал мне, что я знаю его. Но я отогнала эту мысль и вернула карточку в кармашек альбома.

— Там сказано, от кого это? — спросила Сал, прервав ход моих мыслей.

— Нет, — поспешно ответила я. — Это просто визитка магазина. Наверное, я заказала альбом в Лондоне и забыла об этом.

Отложив пакет в сторону, я принялась за пирог. Однако аппетит у меня пропал, и я почти не ощущала вкуса. Проглотив несколько кусочков, я притворно зевнула и сказала, что слишком устала и больше не могу есть. Я поблагодарила Сал, извинилась и сообщила, что иду спать. Поднявшись в свою спальню, я засунула альбом подальше под кровать и прикрыла одеждой. Я была не в силах на него смотреть: он напоминал мне о Лондоне, и сердце от этого рвалось на части. Я сильно, до боли, скучала по Нине, мне так хотелось поговорить с ней! Но даже будь это возможно, она вряд ли утешила бы меня после нашей ссоры. Общаться с Александром я теперь тоже не могла и чувствовала себя ужасно одинокой. Один глупый поцелуй разрушил все и, вполне вероятно, навсегда изменил мою жизнь.

Я вскрыла конверт, пришедший от родителей, и из него выпало немного денег. В приложенной записке мама спрашивала, приеду ли я этим летом домой, и с намеком сообщала, что Чарльз должен вернуться в город через пару недель. Я закатила глаза и, отложив записку, вскрыла конверт от тети Клэрис. Внутри лежало длинное письмо, написанное небрежным почерком с завитушками, и сердце мое радостно забилось.