Книга Мое имя Морган, страница 60 – Софи Китч

Незаметно подошла Элис.

— Отлично, правда? Это работа самой приорессы.

В памяти встала холодная, как лезвие, женщина, которая так бесцеремонно затолкала меня в ночную келью.

— Приоресса приходит сюда?

— Она иногда преподает здесь. А вообще она очень искусная целительница, хорошо разбирается в лекарствах и немного в хирургии. Она занимается со мной, потому что я интересуюсь лекарственными растениями.

Я аккуратно сняла пресс-папье и обнаружила под первым наброском еще несколько: тут была нижняя челюсть, обтянутая мышцами, множественные острые кости кисти руки, человеческое сердце, вначале в подробностях изображенное отдельно от тела, а потом внутри него, среди остальных органов.

— Я бы хотела изучать врачевание. Оно меня просто завораживает.

— Приоресса невероятно строга к тем, кого соглашается учить. – Отведя локтем мою руку, Элис снова развернула верхний пергамент точно на том же месте, где он был. – Я занималась полтора года, прежде чем она сочла меня готовой. Но у тебя будет много времени, чтобы себя проявить.

Я неопределенно кивнула, по-прежнему не отводя взгляда от четкого чернильного глаза, вспоминая при этом первое знакомство с приорессой и ее явное презрение к моему несовершенству. Если так пойдет, она и через сто лет не согласится меня учить. Вспышка решимости обуяла меня, горячая, отчаянная; неожиданно я уверилась, что времени у меня не много, и, если приоресса обладает навыками целительства, я должна немедленно перенять их.

— Леди Морган! – поманила Элис из передней части классной комнаты. – Брат Кервин наконец-то идет сюда. Он всегда мчит рысью, когда уже прозвонил колокол.

Я сдвинула одну из львиных голов так, что она оказалась явно не по центру, и зашагала прочь от стола, как раз когда в помещение коричневым вихрем влетел монах. Он был настолько взбудоражен, что даже не заметил нас.

— Брат Кервин, – окликнула Элис, и тот остановился. – Здесь ваша новая ученица.

— Конечно, леди Морган. – Он склонил голову с выбритой тонзурой. – Аббатиса Гонория сообщила, что ожидается ваше прибытие, и вот вы здесь. Несомненно, леди Элис показала вам классную комнату?

— Показала, – подтвердила та. – И леди Морган не терпится поскорее начать.

— Да, само собой, да. – Брат Кервин бросился к полке под окном, на которой царил беспорядок, и стал рыться в лежащих там манускриптах. – Прошу, садитесь. С чего начнем?

Мы заняли свои места за длинным центральным столом, спиной к горящему камину. Элис прижалась плечом к моему плечу и заговорщически зашептала:

— Брат Кервин довольно рассеян, когда речь идет о чем-то обыденном, но как никто сведущ в науках.

Я улыбнулась, и меня окутала теплая легкость, когда я оглядела комнату и подумала о том, что готовит мне будущее: многие часы чтения, открытий и усвоения знаний. Шаркая, подошел брат Кервин и с ласкающим ухо стуком положил на стол три громадных тома в кожаных переплетах. Пахнущая библиотекой пыль взвилась в спокойный воздух классной комнаты, кружась в свете свечей и зимнего дня, стального с белым.

— Астрономия, – провозгласил брат Кервин. У него было почти такое же произношение, как у Элис. – Леди Морган, что вам известно о небесах?

За две с лишним недели общения с братом Кервином я освоилась с его методом преподавания, ни разу не оказавшись в неловком положении. Пока Элис выполняла свои задания, я легко заучивала звездные карты и связь созвездий с датами рождения. Моя компаньонка периодически прерывалась, чтобы, подперев голову кулаком и озорно прищурясь, уставиться на меня своими янтарными глазами. Когда я замечала это, то начинала хихикать, беззвучно и безудержно. Брат Кервин иногда поднимал глаза и раздраженно бросал: «Милостивые государыни, я бы попросил», но от этого мы только расходились еще больше. Он никогда по-настоящему не бранил нас.