Книга История Кузькиной матери, страница 65 – Марьяна Брай

— Чего стряслось? – я глянула на Алёну и заметила, как та тоже опускает глаза. – Говорите! – уже резко и без улыбки приказала я.

— Давайте сначала завтракать. Вы же и ужин пропустили. А мы вас будить не стали, – попыталась отложить, похоже, важный разговор Алёна.

— Ну уж нет. У меня сейчас кусок в горло не полезет!

— В общем, говорить не хотели, но и смолчать, наверное, нельзя. А то вас ведь касается… а я сокрыть такое… вы ведь не такая вовсе… – путаясь в словах, начала Мария.

Алёна старше, посноровистей, но тут почему-то сама дала ей слово. Я решила не торопить, не подгонять. Знаю, как действует подстёгивание в таких случаях. Если девки сами в чём-то виноваты, то придётся прощать: иначе потом самая последняя всё узнавать буду. И поэтому я терпеливо молчала, позволяя девушке справиться со стеснением или стыдом.

— Алла Кузьминична… Тут вчера наша Наташка, девчонка на побегушках… была у Марии Петровны. Ну, соседки нашей, которая матушка Василия Данилыча… Сдавала ей вышивку, коей матушка её хорошо владеет… И вот слуги у них там, знаете, они такие разговорчивые. Ну так вот, там у Наташки подруга… А матушка ее при барыне, значит…

Я насторожилась: представляла прекрасно, что за разговорами слуг порой скрываются такие подробности, о которых порядочные люди и помыслить не смеют.

— И что же они там говорили, голубушка? – голос мой оставался ровным, но внутри уже что-то сжалось.

Мария, подхватившись, начала тараторить, словно пытаясь быстрее вывалить эту неприятную сплетню:

— Они говорили, что Мария Петровна на днях званый ужин устраивала. И там были дамы из города с дочерьми… Ну, явно, чтобы с Василием Владимировичем познакомиться… И вот они там вас, Алла Кузьминична, обсуждали! Говорили, что вы, мол, Василия уговорили Кузю учить. А на деле-то вы вдова и хотите его себе в мужья заполучить! Что вы, значит, сети плетёте!

Последние слова врезались в уши, словно осколки льда. Я почувствовала, как к горлу подкатывает горячий ком, а в висках начинает стучать кровь.

«Сети плету»?  Да я – начальник детской комнаты милиции, всю жизнь посвятившая порядку, справедливости и борьбе с расхлябанностью и аморалкой, «плету сети»?! Это ж надо такое выдумать! Обо мне, которая всегда держалась с достоинством, которая привыкла решать проблемы напрямую, а не из-за угла?!

Алёна, до этого момента молчаливо занимавшаяся своими делами, поняв, что так мы быстрее поговорим, вдруг уронила половник в котёл с такой силой, что пар взметнулся клубами. Она взглянула на меня с нескрываемым сочувствием, а потом метнула на Марию такой взгляд, что та моментально сжалась.

— Всё. Рассказала и иди. Ребенка подымать пора! Да гляди, чтобы умылся. Свежую рубашонку достань, – повариха, видимо, поняв, что я чувствую, решила поскорее завершить эту беседу.

Маша выбежала, а я всё стояла, плотно сжав губы. Вот ведь клубок змей, а! Видите ли, я, старая перечница, за молодым пацаном бегаю? Мало того: держу его у себя, заговорила, опоила. Глупости!

Мои руки непроизвольно сжались в кулаки. Этот разговор, эти мерзкие намёки – они били по самому больному, по моему достоинству, по принципам. В прошлой жизни я бы таких сплетниц быстро на чистую воду вывела, заставила бы ответить за каждое слово. А здесь что? Здесь только и оставалось, что молча переваривать эту гадость.