Онлайн книга «Сквозь огонь»
|
Когда я приходила к ним во время обеда, меня непременно усаживали за стол и кормили тем, что было: жареной селедкой, картошкой с солеными помидорами, соевым мясом. Тетя Оля пекла свое фирменное печенье из овсяных хлопьев, одного яйца и сахара. Оно всегда подгорало, мы над этим смеялись и грызли его у Веры на кровати, оставляя колючие крошки. Однажды вечером мать собрала сумку и велела отнести тете Оле. Я придумывала причину, чтобы отказаться, но не придумала и просто сказала, что не пойду. — Почему? – удивилась мать. Я угрюмо молчала. Она вздохнула: — Хорошо, сама отнесу. Мать начала обуваться в прихожей, но мне стало неловко и я буркнула: — Ладно, давай я. Она стала объяснять: — Вот тут свежие, скажешь, чтобы сразу в холодильник. Три копченых. Литр икры. Сама не съест – пусть на работе продаст. Хотя кому сейчас продавать… С тяжелой сумкой я перешла через двор. Нажала на звонок у обитой дерматином двери. В квартире завозились, раздалось радостное тети-Олино: — Сейчас, сейчас! Дверь распахнулась. Тетя Оля – возбужденная, с накрашенными губами – впустила меня в прихожую. — Сашенька, а у нас тут… — Я рыбу принесла, – пробурчала я, стараясь не смотреть ей в глаза. — Да, спасибо, – ответила она торопливо. – Положи на кухне, пожалуйста, и иди в зал, я вас познакомлю! Я засунула рыбу в морозилку. Для икры места не было, пришлось переставить кастрюлю с супом и какие-то баночки на другую полку. Из зала доносился разговор, прерываемый восклицаниями тети Оли. Я заглянула туда и сказала: «Я пойду», надеясь, что она не станет возражать, но увиденное остановило меня. За журнальным столиком, в кресле, спиной ко мне сидела молодая женщина, я видела ее нос и щеку вполоборота. Весь столик был завален фотографиями Веры. В руках женщина держала мою любимую: мы с Верой стоим, обнявшись, на фоне цветущего шиповника под ее окном, в смешных цветных футболках и лосинах, нам лет по двенадцать. Женщина, скорее девушка, обернулась и посмотрела на меня внимательными умными глазами. У нее была рыжая шевелюра, заплетенная в косу, спускающуюся до середины спины. — Сашенька, иди сюда! – Тетя Оля встала и потащила меня на диван. – Это Аня, она помогает узнать, кто Верочку скинул. Я села на диван. Аня разглядывала фотографии, а я – ее. Симпатичная, хотя довольно-таки простенькая, в пестром платье. Меня поразили ее волосы. Длинные, вьющиеся, нестерпимо рыжие. Вера красилась, а у этой девушки цвет был натуральный: брови и ресницы отливали той же рыжиной. Она положила фотографию, взяла другую: Вере тринадцать, сидит за школьной партой в куртке и улыбается. — Что говорят в милиции? — Говорят, сама, – прошептала тетя Оля, и из ее глаз ручьями потекли слезы, но она справилась с собой и продолжила: – Кто разбираться-то будет, всем не до нас. Но она же такая весе… — А про морг что говорят? – перебила рыжеволосая. — Да ничего. Санитар пьяный был, вот и все. — Но санитара-то допросили? — Ничего не помнит. Не знает, как Верочку… — А кто-то видел, как она поднималась на крышу? Одна? — Не знаю, молчат… Тетя Оля снова заплакала. — Ясно, – вздохнула Аня. Мне захотелось выпрыгнуть в окно, чтобы никогда больше не видеть слез тети Оли. — Значит, так. Кое-что я проверю, но гарантий дать не могу, – решительно сказала рыжеволосая. Она подняла ладонь, потому что тетя Оля собиралась перебить. – Сначала побеседую с вашими ментами. У меня тут есть кое-кто знакомый, учились вместе. Проблем быть не должно. Потом пройдусь по этой малосемейке, поговорю с друзьями, загляну в морг. |